Герцог-дьявол

Мы с Лэнгфордом другого склада, так что вряд ли сможем отдать свое сердце без остатка какой-либо женщине и уж наверняка ни при каких обстоятельствах не потеряем из-за нее голову.

– Вы с Лэнгфордом? Принимая во внимание наши нынешние обстоятельства, мне кажется, ты можешь говорить только за себя.

Брентворт резко повернулся и уставился на Габриэля.

– Он протащил нас через всю Англию из-за нее, – заметил Страттон. – Ты можешь вспомнить хоть одну другую женщину в его жизни, ради которой он пошел бы на что-то подобное?

Брентворт еще пристальнее взглянул на Габриэля.

– Черт! А ведь он прав. Ты влюблен в эту женщину.

Это слово было произнесено здесь и сейчас, а ведь должно было быть сказано Аманде много дней назад.

– Ну, черт вас возьми, – пробормотал Брентворт и задумался. – Но ведь это произошло не из-за той статьи леди Фарнсуорт? Я надеюсь, ее влияние не заходит так далеко.

– Это не имеет никакого отношения к тому чертову пасквилю. Клянусь, я не пощажу никого, кто еще раз в моем присутствии упомянет ту публикацию и тот дьявольский журнал по какому бы то ни было поводу.

Он метнул злобный взгляд в Страттона, который счел данный момент наиболее удобным, чтобы почистить рукава своего сюртука.

– Это, конечно, все усложняет, – подвел итог Брентворт и указал на спящего Притчарда. – Сегодняшние действия и все остальное.

– Да, – подтвердил Габриэль.

– С моей точки зрения, не так уж и сильно, – возразил Страттон.

Он поднял пистолет, встал и сунул его под сюртук, затем приложил палец к губам, указав на дверь. Там послышался звук шагов: кто-то поднимался по лестнице, стуча ногами в такт храпу Притчарда.

Габриэль присоединился к остальным у стены рядом с дверью. Дверь распахнулась, и в комнату ворвался человек. Вид спящего Притчарда заставил его остановиться.

– Что, черт возьми, происходит? – Он сорвал с Притчарда одеяло. – Где твоя травма? Где врач? Вставай, идиот, или я воткну кочергу тебе в задницу, и ты вскочишь как миленький.

Притчард действительно подскочил на кровати и задрожал от под злобным взглядом нависшего над ним кузена.

– Травма? У меня нет никакой травмы. – Дрожащей рукой он указал в ту сторону, где стоял Габриэль, но Ярнелл не обратил на это внимания.

– Ты писал мне, что пострадал по дороге сюда и что мне следует явиться к тебе в экипаже, и вот я приезжаю и нахожу тебя спящим подобно принцу в номере, который стоит никак не меньше пятнадцати шиллингов за ночь.

– Он не посылал этого письма, мистер Ярнелл. Его написали мы, – раздался голос Габриэля.

Ярнелл застыл, затем медленно повернулся и воззрился на стену, противоположную кровати и, прищурившись, стал рассматривать всех троих и каждого по отдельности.