Герой

Дождавшись, пока маги выпустят еще несколько сетей, я воспользовался проверенным способом и кинул в них несколько трупов, разрезанных в начале боя сверкающими дисками, а сам активировал плетение огня, залив им весь помост и сверкающие фигуры священников.

Остальное действие заняло не больше секунды. Максимально ускорившись, я метнулся вперед, магическим захватом подхватил тело Аркуниса и начал подтягивать его поближе, а затем, оттолкнувшись, прыгнул на ближайшего мага, включая свой насос на полную катушку. Когда я всей своей тушкой ударился в церковника, то почувствовал, что мое тело охватывает огонь, но защита святоши все-таки распалась, отдав мне всю свою силу, поэтому я смог беспрепятственно ударить его в висок, постаравшись не проломить череп, а потом выдернул из трупа Аркуниса кинжал и метнул его в голову второго. И только тогда я выключил ускорение и рухнул вместе с магом на помост, хватая ртом воздух. Спустя несколько секунд рядом с нами упало и тело второго мага, сразу лишившись своей сверкающей защиты.

Отдышавшись, я со стоном поднялся, обхватив свое многострадальное плечо, которым ударился в мага. Сейчас оно получило новую порцию ожогов и весьма немилосердно ныло. Также пострадала и вся левая рука, которая была сильно обожжена и слезно просила сунуть ее под холодную воду, но в остальном я еще легко отделался, чего нельзя сказать о прихожанах храма. Около полусотни тел было разрезано, сожжено и переломано усилиями церковников. Некоторые прихожане еще были живы, но находились либо без сознания, либо громко стонали, получив страшные ожоги. Остальным верующим удалось убежать с поля боя, в которое превратился храм. Церковному хору, которым занимались гвардейцы с Шариноном, повезло еще меньше. Около десяти церковников, не пожелавших поднять руки, лежали у стены в лужах крови. Ну да, я же предупреждал – если будут хвататься за амулеты, то не мешкать, ну а судя по крикам на улице, бой с остальными все еще шел, и мне нужно было спешить, чтобы не допустить еще больших жертв.

С трудом поднявшись, я осмотрелся, а затем снял с одного из тел аккуратный тоненький кожаный пояс, от которого отрезал половину. Внедрив туда знакомое плетение, я захлестнул этот обрезок на шее мага. Уздечка сработала идеально, сросшись концами и превратившись в единое кожаное кольцо, которое теперь не позволит церковнику хоть как-нибудь навредить нам. Слегка пошатываясь от навалившейся слабости, я пошел к двери, через которую выбежали остальные святоши, и подумал, что все-таки ускорение – это вещь сильная, но малоприятная. Прошла всего секунда действия, а я уже чувствовал себя, будто пару суток пахал как проклятый.