Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Начались тосты за здоровье обоих родов.

Уто не догадался, сев слева от Ильвы. Ей постоянно, как только поворачивалась к нему, виден был его пораненный правый глаз и текущая слеза. У нее пропал аппетит, стало мутить. Она пересилила себя, больше для вида отправляла в рот пищу, не чувствуя ее вкуса. Он заметил перемену в ее настроении, спросил:

Она проглотила комок в горле. Ответила:

– Ничего. Кажется, косточка попала.

Он как-то странно посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Веселье разрасталось. Заиграли менестрели, началось пение, пляски. Уто пригласил Ильву выйти на свежий воздух. Они пробрались сквозь толпу, по лестнице спустились в яблоневый сад. Висели наливные плоды, листья на деревьях утеряли свежесть, покрылись пылью, трава под ними была скошена, сквозь стерню выбивалась молодая поросль. В саду никого не было. Уто привлек к себе Ильву и хотел поцеловать, но она непроизвольно отстранилась. До этого они несколько раз целовались, поэтому он удивленно посмотрел на нее:

– В чем дело, Ильва? Ты не рада мне?

– Нет, что ты, Уто. Просто… просто отвыкла от тебя за это время.

– А я, наоборот, соскучился. Ты так похорошела! И в движениях появилась такая важность, плавность, даже величавость. И глаза стали другими.

– Выдумываешь все, Уто.

– Не выдумываю. Я сразу заметил.

– Что ты мог заметить!

– Озорными были у тебя глаза, мальчишеские. А теперь глубокими стали, как в колодце вода. Глянешь в них – и утонуть можно.

Ей стал тягостным их разговор, и она попросила: – Пойдем во дворец.

– И не поцелуешь своего суженого? Ведь мы скоро станем супругами. Всего ничего осталось.

Ильва молчала потупившись. Он снова привлек ее к себе, поцеловал, отстранился. Ей хотелось вытереть обмусоленные губы, но она не шелохнулась.

Уто стоял молча, глядя куда-то вдаль. Ему явно не хотелось уходить, и он сказал, чтобы как-то продолжить разговор:

– Помню, как Рерик сражался с викингами вокруг твоего возка. А потом наступила темнота, как в пропасть провалился. Как дальше было?

При имени Рерика Ильва вздрогнула, поежилась, будто от холода, ответила после некоторого молчания:

– Испугалась я очень, когда меня викинг за руку схватил. Думала, на лошадь к себе затянет и в полон увезет. А тут Рерик подскочил, норманна срезал, меня на коня кинул, и мы поскакали…

– Викинги преследовали?

– Нет. Сначала никто за нами не гнался. Только потом на пути оказались трое. Рерик их одолел. Поодиночке.

– Хороший у меня друг. Верный и надежный.

Ильва ничего не сказала. Ее начинало морозить, она стала дрожать. Мысли путались.

– Где он сейчас? – спросил Уто. – Дома до сих пор не появлялся.

– Кто? – не поняла Ильва.

– Мы про Рерика говорим…

– А-а-а… Он в Аахене остался.

Она зябко поежилась. Уто спохватился:

– Вечер наступает. С моря холодком потянуло.