Герметикон

И кашляет: ветер изменился, и чёрный дым больше не лезет вверх, превращаясь в чёрные тучи; теперь он шныряет по городу.

— Нужно спешить, — торопливо добавляет Якорь, — местные подогнали бронетяг.

— Какой ещё бронетяг?!

Когда Орнелла добегает до заднего двора, приотцы как раз заканчивают подготовку. Трофейный ""Доннер"" нацелен на порт, на его броне не менее двадцати парашютистов, а их командир, майор, если верить нашивкам, даёт последние инструкции панцирникам:

— Сначала заткните пулемёты, бейте из пушки, не стесняйтесь. Потом полный вперёд, а на ходу ещё выстрел…

— Нет! — рявкает Григ. — Я запрещаю!"

"— Что? — Настроение у приотцев приподнятое, но не благодушное: вокруг всё ещё кипит сражение, операция не завершена, поэтому майор звереет моментально: — Пошла отсюда на муль, манявка гидратная!

— С этого момента захватом порта командую я! — рычит в ответ Орнелла. — Понял, ипатый суслик?!

Колотушка бычится, Копатель, Якорь и Солёный растеряны, а умный Хайнц мягко берет Орнеллу за плечо. Командир приданной Григ роты бочком приближается к коллеге и что-то шепчет на ухо. Майор багровеет.

— В здании находятся высшие ушерские офицеры, — примирительным тоном произносит Орнелла. Прикосновение Хайнца приводит её в чувство, помогает понять, что она перегнула палку. — Их нужно взять живыми.

— Вот уж не думала, что погибну в зачуханом приотском городишке, — вздохнула Кира.

— А какие были планы? — усмехнулся Драмар.

— Жить вечно.

— Может, ещё получится.

— Не в этой жизни.

— Откуда такой пессимизм?

И услышал в ответ смех. Не очень весёлый, но всё-таки смех, который показал, что Кира не пала духом.

В последние полчаса стало легче: в подвале обнаружился арсенал караульной службы порта, и несколько ящиков с патронами изрядно подняли ушерцам настроение, теперь все верят, что продержатся до появления подмоги. И стараются не думать о нависших над городом цеппелях, о том, что в любой момент землеройки могут расковырять здание восьмидесятимиллиметровыми снарядами, похоронив защитников под обломками.

Идёт война, и нет смысла думать о том, чего не случилось.

— Не нравится мне эта тишина. — Накордо осторожно высовывается, быстро оглядывает двор, машинально отмечая, что три тела, оставшиеся после последней атаки, приотцы так и не утащили, и вновь укрывается за подоконником. — Почему они притихли?

— И почему не уходят?

Девушка продолжает считать, что приотцы совершили удалой рейд на Фадикур и должны вот-вот отступить. И удивляется, что этого до сих пор не произошло.

— Думаешь, землеройки пришли надолго?

— Ты мне скажи, — предлагает Кира.

— Что?

— Ты был заместителем командующего по разведке, ты должен был всё знать.