Герметикон

Судя по обводам корпуса и характерной форме гондолы, ""купец"" был выстроен на Бахоре — только там лобовую часть делали восьмиугольной, а не округлой, как в остальном Герметиконе. Со стапелей ""Ангелина"" сошла лет тридцать назад, многократно ремонтировалась, а сейчас требовала замены левого руля высоты и одной мотогондолы, скрипела всеми соединениями, а ее третий баллон явно подтравливал гелий.

Скрипела, но продолжала летать.

В отличие от современных грузовиков, ""Лавка Ангелины"" брала товар не на подвесную платформу, а в два объемных трюма, что было отличительной особенностью всех ""купцов"" и высоко ценилось свободными торговцами окраинных миров, из-за чего производители продолжали выпускать суда этой конструкции.

""Купцов"" в Герметиконе было много, и Филарет Рубака относился к ним с презрением, как хищник. На борту ""Ангелины"" он держался вежливо, говорил негромко, первым протянул капитану Диккенсу руку и даже похвалил царящий на борту порядок, но все равно чувствовалось, что пират совершает над собой усилие, не считает торговцев равными и не понимает, для чего Огнедел привел его на цеппель. А тот не спешил с объяснениями: сначала уговорил Рубаку отправиться на планету Зарид, в сферопорту которой, Чарсити, как раз стояла ""Лавка Ангелины"", познакомил с капитаном, старшим помощником, двумя астрологами — почему-то на борту их оказалось двое, но раздраженный Лях не обратил на эту деталь внимания, — привел в кают-компанию и предложил выпить.

А цеппель тем временем поднялся в воздух и взял курс на север.

— Далеко идем? — поинтересовался Рубака, принимая бокал красного вина. Пить что-нибудь крепче он не рискнул, несмотря на то что в баре оказался роскошный выбор спиртного — поскольку предположил, что впереди их ожидает приключение. И не ошибся.

— Мы направляемся к точке перехода на Луегару. ""Окно"" откроется примерно через час, погода отличная, и нет сомнений в том, что мы успеем вовремя.

— Нам нужно на Луегару? — поморщился пират, не испытывающий особого желания появляться на планете, расположенной всего в одном переходе от Ожерелья, поскольку официально числился в списке самых разыскиваемых преступников Герметикона, и его физиономия украшала полицейские доски во всех цивилизованных сферопортах.

— Нет, на Луегаре нам делать нечего, но мы на ней окажемся, — не совсем понятно объяснил Мааздук.

И услышал ожидаемое:

— Мне надоело, что ты говоришь загадками.

— Не хочу портить сюрприз.

— Ты говорил, что придумал, как поднять пиратство на новый уровень, — припомнил Филарет. — Собираешься изводить торговцев занудным преследованием?"

"— Нет, не так, — серьезно ответил Ричард. Себе он тоже налил красного и пил его малюсенькими глотками.