Герметикон

— Лучше плохо, чем никак, — махнул рукой старик. — Что вы поняли из разговора?

— ""Плохо"" — весьма оптимистичная оценка, в действительности всё гораздо хуже, чем вы рассчитываете, Рубен. — Руди внимательно посмотрел на губернатора. — К сожалению, моих познаний в камили хватит лишь на то, чтобы со словарём расшифровать написанный текст. При этом словарь ещё нужно купить или взять из моей библиотеки в Бей-Гатаре, а текст должен лежать передо мной. Но эти люди… — короткий кивок на радиостанцию, — эти люди на камили говорят так же свободно, как на универсале. Я не понимаю половины тех слов, что знаю, поскольку они звучат ""грязно"": один из собеседников явно глотает окончания, второй слегка коверкает гласные на луегарский манер, но они друг друга понимают, потому что…

— Потому что они на камили говорят.

— Совершенно верно.

Лекрийский вздохнул, покрутил между ладоней трость, после чего поинтересовался:

— Кто эти люди?

— Один, как я понимаю, — Холь. — Руди машинально опустил глаза в блокнот.

— А второй?

— Э-э… — Галаниту не хотелось отвечать, но выхода не было: имя ""Павел"" прозвучало несколько раз, а глухотой Лекрийский не страдал, слышал всё, до единого слова, и обманывать его, оказавшегося в затруднительной ситуации, не следовало.

— Подозреваю, что Гатов, — выдавил из себя Йорчик.

— Значит, я не ошибся, — усмехнулся Рубен. И резанул: — Ты его искал на Менсале? Гатова? Для этого приезжал к Клячику?

— Да, — уныло подтвердил учёный. — Но я и предположить не мог…

— Я понимаю, что не мог, — перебил его старик. — Иначе поехал бы не ко мне, а в Триберди.

— При чём здесь Триберди?

— Бронетяг ехал под трибердийским флагом, — объяснил губернатор. — А эта сука Сада наверняка знала, кто в нём, но не предупредила, что в машине сидит лучший оружейник Герметикона, и я потерял импакто… — Пауза, обдумывание, неожиданный вывод: — Получается, Гатов ехал к Холю?

— Не знаю, — сдался вконец растерявшийся Руди.

— В этом и заключается главная проблема, — язвительно произнёс Лекрийский. — Мы понятия не имеем, что происходит вокруг.

* * *— Гатов?

— Он самый, — подтвердил Павел.

— Откуда мне знать, что это действительно ты? — насторожённо осведомился Алоиз.

— Камили недостаточно?

— Недостаточно.

— И голос не узнал?

— Голос можно подделать.

— Зачем?

— Понятия не имею."

"— Тебя рано выпустили из психушки, — заявил Гатов, не обратив никакого внимания на изумлённо распахнувшиеся глаза Каронимо, по мнению которого не следовало напоминать инженеру о печальном эпизоде его биографии.