Герметикон

— Как ты могла?

— Я должна была это сделать!

— ""Должна""? Ты говоришь о своей судьбе! О своём будущем! Ты…

— Отец!

— Кира!"

"Они яростно уставились друг на друга. Рассерженные, расстроенные, верящие и не верящие в свою правоту.

Кира понимала, что новость отца не обрадует, но не ожидала, что реакция окажется настолько эмоциональной: Винчер не просто разъярился, он стоял в шаге от полноценной истерики. Лицо пошло красными пятнами, губы дрожат, пальцы дрожат, голос то и дело срывается, в глазах — дикая боль. И немного безумия. Новость жахнула по Винчеру кувалдой, и на мгновение Киру стрелой пронзило чувство вины. Кольнуло в сердце, перехватило дыхание, но девушка сумела подавить сомнения в правильности сделанного выбора. Он не был спонтанным.

Он был единственным.

— Ты не должна выходить замуж за Помпилио.

— Всё решено. Я предложила, он согласился.

— Ты предложила, — горько вздохнул Дагомаро. — Ты предложила!

Однако это восклицание уже не имело былой силы. Ураган выдохся, Винчер понял, что непоправимое скоро случится, почти случилось, непоправимого не избежать, и кувалда превратилась в неподъёмный пресс, удержать который консул не мог.

Его раздавило.

Он вскинул руки, попытавшись в последний раз защититься от дурного известия, судорожно передохнул, отошёл от девушки и упал в кресло. Именно упал.

Человека, который сидел сейчас перед Кирой, не узнала бы родная мать.

— Только не говори, что тебе пришлось унижаться, — тихо попросил он.

— Помпилио отнёсся к происходящему с большим тактом, — ровно ответила девушка, присаживаясь на краешек стоящего рядом дивана.

— ""С большим тактом""?! — Винчер криво усмехнулся. — Кажется, ты сама рассказывала, сколько на нём…

И осёкся.

— Крови? — подсказала Кира.

— Да, — хмуро согласился Дагомаро и отвернулся.

Она не предложила отцу взглянуть на собственные руки, это было бы слишком жестоко. Она лишь грустно улыбнулась и произнесла:

— Моему будущему мужу приходилось убивать, но это не имеет отношения к его манерам.

Так гордо могла ответить только адигена. У Винчера сжались кулаки. Он хотел перебить дочь, но она, как выяснилось, не закончила.

— Помпилио рассказал, что вас не двое, как я думала, а трое: ты, дядя Гектор и Огнедел. Жаль, что я не успела попрощаться с дядей: жить ему осталось три недели, а на Эрси я за это время не попаду. Придётся написать письмо.

Кира не иронизировала, она действительно сожалела о будущей… о неотвратимой смерти маршала и смирилась с ней. За старика некому было попросить, никто не мог предложить мстителю ничего достойного, а значит, старик умрёт.

Так она объяснила отцу, на что разменяла свою судьбу.

— Мерзавец, — простонал консул.

— Прояви уважение, — печально попросила девушка. — Ты говоришь о моём будущем муже.