Герметикон

— Это человек?! — Откуда-то, скорее всего из кабины, на стрелу вскарабкался лысый мужик в кожаной цепарской куртке и цепарских же штанах с накладными карманами. — Что он делает?

— Собрался отстреливаться, — хихикает один из пулемётчиков.

Лобовая броня ""Клоро"" не шла ни в какое сравнение с защитой ""Доннера"" или ""Джабраса"", но пробить её из пистолетика, который лысый держал в руке, не было никакой возможности.

— Сейчас я его сниму, — обещает второй пулемётчик.

А в следующий момент вцепившийся в кран безумец вскидывает своё оружие.

Книга алхимических боеприпасов Хоэкунса насчитывает четыреста пятьдесят шесть страниц оригинальных рецептов и постоянно пополняется. Помпилио знал её наизусть, к тому же был обладателем изрядного количества уникальных фамильных смесей и мог подобрать боеприпас для любого выстрела. Он знал с каким патроном выходить на стерча, какой будет хорош против засевшего вдалеке снайпера, а какой — в гуще боя. Он никогда не ошибался, искренне, как любой бамбальеро, считал, что лучше огнестрела ничего не придумано, однако сейчас положился на ""ГЗ"". Изобретённый Гатовым фоган выстреливал зарядами с фоговой смесью, бил недалеко, но расстояние между машинами, как прикинул дер Даген Тур, было подходящим. Оставалась сущая мелочь: попасть в щель водителя, а не под пулемёты, которые наверняка переключатся на новую цель.

— Ядрёная пришпа!

Паротяг в очередной раз тряхнуло; цель — чёрная полоска на носу здоровенного бронетяга — далеко; точность ""ГЗ"" оставляет желать, но выхода нет — нужно стрелять. Левой рукой Помпилио крепко держится за стрелу, правой поднимает фоган, целится…

И вдруг понимает, что его уносит вправо.

— Приготовились! — громко объявляет Орнелла, наблюдавшая за догорающим шнуром. — Три, два… Взрыв!

Заряды, спешно установленные на главном замке кузова, послушно грохочут, освобождая кузельный тягач от ноши, и тяжеленный прицеп медленно уходит назад, одновременно разворачиваясь и заваливаясь набок.

— Есть! — рявкают набившиеся в кабину диверсанты.

— Да!!

А водитель крана делает всё, чтобы разминуться с неожиданно появившейся преградой. Строитель выворачивает, входит левым бортом в некстати подвернувшийся ангар, прорывается, но всё-таки не избегает столкновения с продолжающим движение прицепом. Железо врезается в железо, гигантский паротяг встряхивает, кран срывает с крепежа, и длинная стрела плавно идёт вправо.

— Ядрёная пришпа!!

Помпилио понимает, что его несёт, и он ничего не контролирует. Везёт в одном: высоких строений поблизости не оказывается, и пятнадцатиметровая стрела, очертив стремительный круг, ни во что не врезается.