Герметикон

Глава 2,

в которой Помпилио впервые слышит в свой адрес обращение ""аллакут"", Бабарский заглядывает в Запределье, Орнелла приходит в бешенство, Селтих познаёт человеколюбие, Сантеро ничего не чувствует, а Тиурмачин даёт Дагомаро совет

— Далеко ещё?

— Десять минут, добрый синьор, не более.

Шофер ответил негромко, очень-очень вежливо, но не отрываясь от дороги. Шофер сразу, едва увидев Крачина, отгородился от него невидимым, не существующим, но необычайно прочным стеклом, ясно давая понять, что не собирается поддерживать ""дружеский"" разговор с гостем хозяина. Шофер, судя по выправке, был переодетым воякой. Второй сопровождающий — тоже. Второй сидел справа от шофера и за всю поездку не проронил ни слова, даже поздоровался кивком; и не особенно скрывал тяжёлый шестизарядный револьвер, оттягивающий наплечную кобуру. Впрочем, в современном Унигарте такое поведение называлось не ""дурным тоном"", а ""разумной предусмотрительностью"".

— Встреча назначена на три, вы не опоздаете.

— Не сомневаюсь, — пробурчал Крачин, вновь откидываясь на мягкие кожаные подушки дивана. — Не сомневаюсь.

Автомобиль — мощный и вызывающе сибаритский ""Синг Силачик Ураган"" — подали к воротам казармы, при его виде у ребят глаза на лоб полезли. Шофёр в чёрном сюртуке и фуражке, ""сопровождающий"" в сером костюме, у обоих короткие стрижки и фигуры бойцов — вояки, сто к одному — вояки. А если судить по лёгкому акценту — лингийские вояки.

Какие же ещё, если вдуматься.

Встречи с Помпилио дер Даген Туром Аксель не искал, понимал, что бессмысленно. Он — простой эрсийский кирасир, дер Даген Тур — брат лингийского дара, приятель или родственник большинства значимых персон Герметикона. А меньшинство значимых персон, те короли, президенты, ханы, падишахи и прочие канцлеры, которые с ним не знакомы или не являются его родственниками, мечтают познакомиться или породниться. Всё понятно? Кажется, всё. Искать встречи с Помпилио из рода Кахлес на том смехотворном основании, что он, обер-шармейстер Крачин, случайно спас ему жизнь? Зачем? О чём они будут говорить? Аксель решил выбросить мимолётное знакомство из головы, но дер Даген Тур, к огромному удивлению эрсийца, об услуге не забыл.

— Как твоя рука?

— Отлично. Если бы не медикусы, давно был бы в строю.

— А что медикусы?

— Опасаются за швы.

— Ядрёная пришпа! Все знают, что медикусы — редкие зануды.

— Согласен.

Стол по случаю средней паршивости погоды — моросящий дождь и зябкий ветер — накрыли на застеклённой веранде, больше похожей на зимний сад. Веранда оказалась уставленной растениями в больших горшках, и их сочная зелень казалась ещё ярче на фоне голых ветвей осеннего парка.

— Сегодня я не хочу смотреть на океан, — произнёс дер Даген Тур, перехватив взгляд Акселя.