Герцогиня. Выбор императора

— О! Простите, леди Амилеста! Леди Амалана права, я несколько эмоциональна. Прошу вас, присаживайтесь, — и гора голубого шелка взмахнула рукой, наконец-то позволяя свободно дышать. Лес не удержалась и бросила благодарный взгляд на фаворитку, получив в ответ такой же понимающий. — Леди Амилеста, позвольте представить вам моих хороших подруг: леди Нерана диол Зайн, леди Аниста диол Дайн, леди… — дальше Лес особо не вслушивалась в щебет дам. Собственно, все их слова сводились к одному — как они счастливы познакомиться, какая Амилеста замечательная и как они рады будут пригласить ее к себе и познакомить со своими родичами. Бесконечный поток слов уже через полчаса начал утомлять девушку. Ей не терпелось пообщаться с графиней, но та упорно молчала все время, лишь прожигала герцогиню взглядом.

Время уходило стремительно. Амилес приходилось усиленно улыбаться и отвечать на бесконечные вопросы и предложения. Быстрый взгляд на часы заставил Лес заскрежетать зубами и бросить беспомощный взгляд на фаворитку. Та в ответ понятливо кивнула и, вдруг обворожительно улыбнувшись, повернулась к леди Вэел:

— Графиня, а как ваша дочь? Как ее здоровье? Мы все волнуемся за Ларину, такая талантливая магиана…

В комнате моментально повисла тишина, и все взгляды, зажегшиеся фанатичным любопытством, устремились на побледневшую женщину. Та несколько секунд молчала, с трудом сдерживая эмоции, но потом смогла все же натянуть улыбку.

— Благодарю за заботу, леди Амалана. Моей дочери уже лучше.

— Надеюсь, — подала голос Лес, — когда леди Ларина отойдет от экзаменов, ее здоровье восстановится. Все-таки это огромный стресс.

— Ну вы-то пережили его вполне благополучно, — прошипела графиня.

— Просто мне есть с чем сравнивать, — Лес перестала улыбаться, — когда в одночасье хоронишь родителей, экзамены не кажутся уже чем-то важным. А леди Ларина не переживала ничего серьезнее сессии.

— Леди Ларина очень чувствительная девушка, — поддакнула одна из дам, — и стресс от экзаменов, наложившись на неудачу в сердечных делах, привел к таким ужасным последствиям. Но мы все верим, что она скоро поправится.

— Да, его высочество повел себя некрасиво, — вклинилась в беседу баронесса, — но все же, леди Вэел, ваша дочь должна была понимать, что связываться с принцем не стоит. У него все равно уже давно заключен предварительный союз.

— Полно, баронесса, — отмахнулась Амалана, — в столь юном возрасте любовь не подчиняется разуму. Никто не может судить графиню за то, что она влюбилась. Это чувство идет свыше, и вполне допустимо, что девушка начала мечтать о большем.

— Она графиня. Леди Вэел должна была объяснить дочери допустимые нормы поведения, — раздался скрежещущий голос еще одной матроны.