Герцогиня в изгнании

По коже прокатилась волна силы, заставившая меня откинуть голову назад, но, несмотря на давление, я уверенно продолжала речитатив древнего заклятья.

Остальные (не)жители поместья с любопытством смотрели, как руны одна за другой вспыхивают и отвечают мне. Вместе с загоревшейся последней руной обнажённый мужчина, чью голову уже приходилось с силой удерживать на своих коленях, захрипел и начал кашлять кровью.

Всё, времени совсем не осталось! — запульсировала паническая мысль, но мне удалось её задавить, потому что настала пора главной части обращения.

— Смертный, ты принимаешь мой дар и моё проклятье? — в моём голосе слышна потусторонняя вибрация. Он словно вобрал в себя всю силу и холод иного мира, в который меня пустили лишь потому, что Тёмная Госпожа дала на это своё дозволение.

Мужчину трясло всё сильнее, но он должен был ответить сам, иначе ритуал не завершится! Я начала нервничать: мне нельзя отвлекаться и напоминать инструкции тому, чей разум уже мог пошатнуться. Если мужчина сейчас растеряется, то всё было напрасно.

Однако умирать неожиданный гость моего поместья не хотел очень сильно, потому сплевывая кровь, он из последних сил прохрипел:

— Принимаю…, — едва слово сорвалось с бледных губ в алых разводах, его глаза стали стекленеть.

Нет уж! Теперь ты останешься здесь! — рычу про себя и резко режу запястье, чтобы прижать его к приоткрытому рту, испускающему последний дух.

Какое-то время ничего не происходит. Холодные губы остаются неподвижны, отчего на меня накатило разочарование, смешанное с сочувствием, а потом всё же живительная влага сглатывается, и мужское тело перестает вздрагивать в конвульсиях.

Глоток, ещё глоток и вот он уже хватает меня за руку, приникая к запястью как можно сильнее. Жду так долго, что начинаю чувствовать дурноту, но этот момент важен — чем большей моей крови во время ритуала он выпьет, тем сильнее станет. А ещё, возможно с достаточным объемом моей жертвы, в будущем у него появится возможность стать полноценным вампиром.

В глазах начало темнеть, и я поняла: это предел.

— Достаточно, — выдыхаю, еле оставаясь в сознании. Если бы в этот момент, созданный мной монстр, захотел, то смог прикончить меня не сходя с места, ведь даже страж не в силах войти в ритуальный круг. Однако связь между мной и упырём начала формироваться едва моя кровь попала в его организм. Потому, не смея противиться приказу, он тут же отпускает меня и откатывается в сторону, замирая в позе эмбриона.

Встав на подрагивающих ногах, я произнесла замыкающую формулу ритуала и шагнула из круга. Теперь жизнь новорожденного упыря зависит только от его собственной воли.