Герцогиня

Дамы тем временем спустились в гостиную, тихо обсуждая произошедшее. Все выглядели страшно напуганными.

– Никто из вас ничего не видел, – твердо сообщил им министр. – Ничего не произошло. Совершенно обычный вечер. Вас никто не будет спрашивать. Убийство произошло не здесь. Тело найдут на улице, вдалеке отсюда.

Томас и Анжелика уединились в столовой.

Как ни хотелось Томасу этого говорить, но другого выхода у него не было:

– Вам необходимо уехать, Анжелика. Не навсегда. На полгода, может быть, на год, чтобы избежать возможных неприятных последствий. В любом случае клиенты перестанут ходить к вам, по крайней мере, некоторое время. Опасность скандала будет пугать их. Подобные истории случались и раньше. Стоит переждать, пока все не утихнет.

Она не стала спорить, лишь кивнула со слезами на глазах. Друг взял ее за руку. Ему, как и ей, не хотелось расставаться.

Но судьба была неумолима. Она снова вмешалась в жизнь Анжелики, когда все, казалось, наладилось.

– Как скоро мне следует уехать? – печально спросила она.

Сердце Томаса защемило.

– Как можно скорее.

Его слова повергли ее в шок.

– А что будет с дамами?

– Они могут продолжить работать – но не здесь и не сейчас. А что же вы? Куда подадитесь?

– Не знаю, – призналась Анжелика. Ее взор был полон грусти. – Мне некуда ехать.

Почему она постоянно становится жертвой чужих поступков? Сначала Тристана, потом Бертрама, теперь Дюма.

– Как насчет Нью-Йорка? – предложил Томас.

Анжелика, немного подумав, кивнула.

– Пожалуй.

– Новое окружение, незнакомые места – все это может оказаться чрезвычайно полезным для вас. Жизнь, которую вы вели до сего момента… Это не то, что предначертано вам. Вы – дочь герцога. Герцогиня… – Мисс Латэм печально улыбнулась. Прозвище, данное ей проститутками, сейчас звучало нелепо. – Если покинете Францию в ближайшее время, то избежите любых неприятностей, которые могут произойти.

Он прав, тысячу раз прав.

Томас и Анжелика проговорили до рассвета.

В девять часов министр разбудил Дюма и сказал, что тому следует говорить жандармам. Ни одного упоминания «Будуара». Дюма согласился. Вскоре они уехали.

Дамы собрались в столовой, где их ждала Анжелика. Сидя в окровавленном платье, она поведала им дурные вести.

– Нам всем придется уехать. Я вынуждена закрыть «Будуар». Мы сможем открыться вновь через полгода или через год, но не раньше.

– Но что нам делать все это время? – спросила Амбре.

Фабьенн заплакала. Она догадывалась, к чему приведет ночной инцидент. Неужели теперь придется вернуться к мадам Альбин или на улицу?

– Я назад, в обитель, возвращаться не намерена, – с кислой улыбкой произнесла Филиппина.