(Не) Желанная герцогиня

— Что ж, мне нужно задать Вам несколько вопросов. Возможно, некоторые покажутся очень личными. Но они очень важны, герцогиня, и я прошу быть со мной откровенным.

Какая прелесть! То есть и с тобой, и с принцессой, и с аргерцогом? Они-то все слышат.

— Я Вас внимательно слушаю, — а что мне еще оставалось?

— Судя по тому, что я вижу, Ваше тело не единожды находилось на грани смерти, и однажды Вы даже умерли.

Спокойно, Стейзи! Про обмен душ он точно знать не может. А тело — ну так тело все покажет и расскажет, могут же антропологи по скелету определить, чем человек при жизни питался, чем болел и как умер, так что… А это явно одаренный Священной Парой лекарь, мало ли какие козыри у него в руках. Поэтому вдох-выдох и думай о морюшке.

— И что Вы хотите от меня? — спокойно спросила его.

— Я пытаюсь понять, как давно Ваш дар стал активным. К сожалению, из-за рваной и наспех, я бы сказал, грубо и насильно залеченной ауры и магических каналов, не могу назвать точное время активации дара. А это важно. Дар мог активироваться до Вашего физического истощения, а мог после смерти. То есть либо дар использовал все резервы организма, чтобы заставить сердце биться вновь, либо Вы уже обладали активным даром, и тогда мои рекомендации и вмешательство будут иными.

Вот оно что… Хороший вопрос, конечно… И чую, что лгать нельзя.

— Я не знаю. Впервые проявление дара в виде яркой зеленой нити я увидела, когда взяла на руки сына и стала его кормить. Она шла от моей груди к Илиасу.

— Значит, после смерти, — констатировал лекарь. — Вам очень повезло, герцогиня, что Священная Пара пожелала вернуть Вас к жизни.

— Нам всем очень повезло, — хмуро заметил Амадео.

Да уж, действительно. Особенно настоящей герцогине…

— Мне очень жаль, что Вам довелось испытать столько мучений…

Очень хотелось закатить глаза, но в итоге я просто опустила взгляд. Сказала бы я, но пока лучше было промолчать.

— Не смущайтесь. Все, сказанное здесь, не выйдет за пределы этой комнаты.

— А как же Его величество? — я все-таки не удержалась. — Разве Вы не должны будете доложить о моем состоянии?

— Должен, — не стал лгать Артус и скорректировал свое обещание: — Кроме нас четверых и Его величества, никто не узнает о том, о чем мы будем говорить.

— Подтверждаю, — отозвалась от окна принцесса.

— Подтверждаю, — произнес Амадео.

— А теперь поговорим откровенно. Вы выжили чудом, милостью богов, и мне искренне жаль, что за столько лет издевательств Вы не нашли в себе сил передать весточку Его величеству. Поверьте, выдавая замуж за герцога, он не предполагал подобного обращения с Вами. И вмешался бы, как только узнал о Вашем положении.

— А как же жена — собственность мужа?

Ты погляди-ка, жаль им! А как они себе подобное представляли?

Мой вопрос остался без ответа.