(Не) Желанная герцогиня

Орущего! Грозного и красного от крика.

— Ваша…

— Давай ребенка, — протянула руки и тут же получила теплый комочек. — Издевались над деточкой, да, мой сладкий?

— Ваша светлость, мы его только раз покормить смогли, и то совсем немного… — покаялась Интена.

Ну еще бы, учитывая нашу связь. Ничего, больше в обмороки я падать не планирую. А на будущее буду знать, что часто использовать и проявлять свою магию нельзя. Лишь бы не заставляли…

Сюда бы холодильник, я б тогда сцеживала молоко. Впрочем, сосок и бутылочек тут тоже нет… Засада.

Прям почувствовала себя вконец развращенной цивилизацией конца двадцатого и начала двадцать первого века, словно сама никогда не обходилась малым.

К тому моменту, как моя пиявочка счастливо отвалилась от меня и заснула, мне успели принести перекусить. И я даже успела выпить бульона, когда в спальню прошествовала делегация.

Аргерцог, лекарь, принцесса…

И слуг шуганули, даже Люси не оставив.

— Анастейзи, как Вы, дорогая? — участливо спросила Ее высочество. — Могу ли я взять Илиаса?

Сын причмокивал, позевывал, еще не окончательно уплыв в страну сновидений. Я вздохнула и передала его девушке. Понятно же было, что меня сейчас под лупой разглядывать станут, хотя давно уже осмотреть должны были."

"Амадео стоял у дверей, не делая попытки приблизиться к ложу. Вообще, комната была очень большая, даже если бы он сделал еще пару шагов, мало бы чего увидеть смог. Считай, приличия соблюдены…

Илиас закряхтел на руках принцессы, но та ловко начала его баюкать и мурлыкать какую-то песенку под нос, при этом отошла с ним к окну. А ко мне приблизился лекарь.

— Позвольте представиться еще раз, — начал он. — Граф Артус Данмай Этардаррский, главный лекарь королевской семьи. И извиниться за то, что напугал, когда Вы пришли в сознание.

— Герцогиня Анастейзи Дарремская, в девичестве Моррисон, — в свою очередь ответила ему. Странный какой-то этикет, как будто он не знал, к кому едет и зачем. Да и мы не на приеме, а у моего ложа… — И не стоит извиняться, Вы нисколько меня не напугали. Скорее, заставили смутиться и немножко понервничать.

— Не стоило. Последнее в Вашем положении делать нельзя, боюсь, тогда молоко пропадет, — улыбнулся мужчина.

А я все ждала, когда же он перейдет к самому интересному — моему состоянию. К тому же никак не могла определить его возраст. Точно моложе аргерцога, но при этом старше меня и даже Радана…

Странно так, вроде стоит перед тобой человек, ты его хорошо видишь, наблюдаешь за живым (мимически активным) лицом, а понять возраст не можешь. Разве только по взгляду. Но тогда он ровесник Амадео.

— Я совершенно не желаю оставлять своего сына голодным, — заверила лекаря и улыбнулась, мол, давайте уже к главному перейдем.