Гувернантка для герцога

У каждой в одной руке был кусок кекса, в другой — рулет с джемом.

— Ух ты! — удивилась Дейзи и рукавом вытерла джем с губ. — Вы, оказывается, освободились.

— Мы еще попрактикуемся и в следующий раз завяжем узел как надо, — успокоила сестру Розамунда.

— Следующего раза не будет, — мрачно предупредил их Чейз. — Больше никаких пиратов. — Он решительно махнул рукой, указывая на пиратский декор. — Завтра я собираюсь собрать…

— Завтра мистер Рейно собирается собрать нас и вывести на прогулку, — встряла Александра.

— На прогулку? — Вопрос Розамунды прозвучал скептически.

Судя по виду. Чейз тоже был полон скепсиса.

— Я думала, нам запрещено выходить из дома.

— Ты абсолютно права, — подтвердил опекун. — Вот именно потому…

— Именно поэтому завтра мистер Рейно сделает исключение, — опять перебила его Алекс.

О, теперь это был акт бессовестного предательства!

Захлопав в ладоши. Дейзи прыгнула на кровать.

— Куда мы пойдем?

Чейз выпрямился во весь свой высокий рост.

— Я не…

— Мистер Рейно пока не скажет. — Гувернантка-предательница снова говорила от его имени. — Он решил сделать нам сюрприз. Разве это не чудесно?

Чейз пристально посмотрел на нее.

Алекс улыбнулась в ответ.

Он покинул комнату в состоянии крайнего раздражения.

Ладно. Если им хочется выйти из дома, он устроит им прогулку. И это будет весьма поучительная прогулка!

— Лондонский Тауэр? — Алекс задумалась на секунду. — Смелый выбор. У этого места такая богатая история. Можно будет посмотреть на драгоценности короны.

— О драгоценностях речь не идет. У меня на уме совсем другой, особый урок по истории."

"Они направились прямиком к башне Бичем, где Чейз — она больше не могла думать о нем как о мистере Рейно — повел их наверх по каменной винтовой лестнице. Лестница привела в помещение, которое своей формой напоминало цветок. Круглое пространство в центре, а от него в разные стороны, как лепестки, отходили небольшого размера ниши.

Дейзи обежала их все, а потом остановилась в центре.

— И что это такое?

— Это тюрьма, — ответила Розамунда. — Здесь, в центре, было место для тюремщиков, а в тех закутках, где ты танцевала, — камеры для заключенных.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Дейзи.

— Потому что это Тауэр, дурашка. Не веришь мне, спроси у заключенных, которые сидели здесь и оставили свои надписи. — Розамунда показала на стену, на которой были вырезаны буквы. — Вот здесь. — Увидела другие, чуть выше. — И здесь.

— Везде, — сказала Дейзи, оглядевшись.

Вырезанные письмена занимали на каменных стенах все пространство, до которого могла дотянуться рука человека. Иногда это были лишь инициалы, иногда даты. Кое-где виднелись искусно выбитые долотом кресты. На несколько ярдов растянулись цитаты из Библии.