Мой бесстрашный герцог

– Я не знала, что мы будем целоваться, когда согласилась встретиться с тобой, – сказала она.

– Я тоже, – ухмыльнулся Марк.

Она сделала маленький шажок к нему.

– Но если мы уже поцеловались, то почему бы не повторить?

Капрал Гримальди немного помедлил – вероятно, обдумывал ее предложение. Потом он обнял Николь, привлек к себе, и – о чудо! – их губы снова слились в поцелуе. Она тихо застонала и приподнялась на цыпочки – он был слишком высок для нее. И тут Марк, крепко прижимая Николь к себе, чуть приподнял ее, отрывая от земли. В кольце его сильных рук она оказалась точно в клетке, которую ей ужасно не хотелось покидать.

Треск ветки, послышавшийся из-за конюшни, заставил Марка поднять голову. Теперь им владела не страсть, а тревога. Он осторожно, с явной неохотой, опустил девушку на землю. Убедившись, что она твердо стоит на ногах, он сразу же отступил на несколько шагов и теперь молча взирал на Николь словно на богиню.

И тут она, коснувшись пальцем своих чуть припухших от поцелуя губ, прошептала:

– Спасибо за поцелуй.

На лицо Марка вернулась улыбка.

– Это я должен тебя благодарить, – ответил он.

– Меня никогда раньше не целовали, – сообщила Николь. – Это было… очень необычно.

Марк несколько минут молчал, поглядывая по сторонам, потом снова посмотрел на девушку.

– Я не пошутил, когда сказал, что пришел сюда не для поцелуя.

– Я тоже. – Николь тщетно пыталась собраться с мыслями. Она вовсе не была уверена, что после этого поцелуя когда-нибудь станет такой, как прежде.

Несколько минут они молча смотрели друг на друга так, словно видели нечто удивительное.

– Я должен отвести тебя обратно в дом, – сказал, наконец, Марк. – Там ты будешь в безопасности.

Николь долго вглядывалась в его лицо, потом тихо сказала:

– Я в безопасности там, где ты.

Николь тяжело вздохнула. Их первый поцелуй был неожиданным и волшебным. Они еще раз поцеловались, после чего Николь поспешила обратно в зал, взяв с Марка слово, что он зайдет к ним на следующий день. Он не обманул.

Она на мгновение зажмурилась, затем, открыв глаза, снова уставилась на ненавистный лист бумаги, все такой же девственно-чистый. Надо было отвлечься. Николь решила спуститься в кухню и узнать, не остались ли еще вкуснейшие малиновые тарталетки, которые ей подавали на завтрак. Встав из-за стола, она услышала громкий стук в дверь.

– Войдите, – сказала Николь, ожидая увидеть Луизу или Сюзанну.

Она попросила Сюзанну стать ее личной горничной, и девушка все утро под разными предлогами заходила, чтобы узнать, нравится ли хозяйке ее новая прическа и не хочет ли она дать какие-нибудь распоряжения относительно гардероба.

Дверь открылась, и в комнату вошел Марк.