Гений, или История любви

Но сказать честно — я этим восхищаюсь. Всей этой бесконечной деятельностью, которую любой другой счел бы бессмысленной. Иня таки продаст нас с потрохами, и если найдется хоть один олигарх, имеющий слабость к такой вот музыке, она нас ему всучит непременно.

Готье рассмеялся, отпустил Соню, у которой от неудобной позы начала затекать шея, и встал. Он подошел к пианино, открыл крышку и принялся перебирать аккорды — ему нравилось, как звучит Сонин инструмент. Иногда он часами просиживал за ним, а Соня устраивалась поудобнее в кресле и о чем-то думала. Готье порой много бы дал, чтобы понять, о чем именно она думает в эти моменты. Она не смотрела на него, а скорее сквозь него, куда-то внутрь себя. Но когда она сидела рядом, Готье было спокойно. В эти моменты разрозненные звуки в его голове вдруг начинали сплетаться в мелодии, в идеи. В ее доме он написал песню «Дух ветра», вернее, не песню еще, а мелодию, и мелодия эта была хороша. Слова он дописал позже ночью, когда уже ушел от Сони. Ингрид пришла в восторг, когда он сыграл ее на репетиции на следующий день.

— Господи, ну как тебе это удается? — прошептала она, когда звуки грустной мелодии затихли. — Какая вещь! Давай ее сделаем с жалейкой, она тут просто будет на своем месте.

— Жалейка? — Готье посмотрел на Ингрид недовольно. Она знала, что он терпеть не может, когда кто-то влезает в его творческий процесс. — Тут нужен рояль. Чистый и первозданный классический звук и что-то еще, я пока не знаю, что именно.

— Конечно. Как скажешь! Это просто отличная песня, Готье, милый. Ты просто молодец! — Ингрид сияла от восторга, она подошла к нему и принялась что-то шептать на ухо, прижимаясь к его груди, притягивая к себе. Готье стоял и не сопротивлялся, он позволял ее рукам скользить по его спине, ее колену прикасаться к его бедру. Но его мысли и его глаза были не здесь, где-то в другом месте или измерении.

Он держал Ингрид в объятиях, но сам через ее голову пристально смотрел на Соню. Она, едва заметно улыбаясь, возвращала ему его взгляд. Она не могла сказать, что ей сильно нравилась песня, как и большинство песен в целом, вообще. Впрочем, и неприятных эмоций они у нее не вызывали. Нормальная музыка, и все тут. Не о чем говорить. Но ей нравились эти моменты, когда Готье был так сильно чем-то увлечен — песней или женщиной, все равно. В его случае вдохновение черпалось из тех же источников, имело те же основы, что и любовь.

Соня улыбалась и смотрела на него, а он улыбался ей в ответ. Никто больше этого не увидел, никто ничего не понял. Никто даже не обратил внимания, что на репетицию они приехали вместе. В доме всегда было много народу, кто-то уходил, кто-то приходил — никто ни на что не смотрел и не обращал внимания. Их тайна была надежна скрыта.