Генерал Скала и сиротка

Я услышала глухой звук удара предмета о предмет и мгновенно представила, как неизвестная мелкая местная скотина сидит внутри и точит зубы об украшения мамы или закусывает дневником моих предков. Ох, я же никогда себе не прощу, если с ними что-то случится.

Успокоиться… Вдох-выдох. Начали. Расстегнув клапан подрагивающими от волнения пальцами, я потянула за веревку. Сумка открылась. Первую секунду ничего не происходило, а затем прямо вверх, едва не махнув мне по лицу — вылетела шкатулка. Словно ее метнули изнутри.

Дернув головой на рефлексах и уклонившись от ларца, я с оторопью обнаружила, что еще не все… содержимое сумки продолжает пытаться меня ударить. Следующим вылетела старинная тетрадь с семейными записями. Увернуться второй раз я не успела, и «снаряд» буквально треснул меня в лоб. Бам! И в отличие от шкатулки тетрадь продолжала сражаться, хлопая по мне страницами. Похоже, именно она до этого выпихнула наружу несчастный ларец.

— Ракхота тебе в печень. — простонала я, перехватывая ее за углы.

Но она продолжала дергаться в моих руках, хлопая страницами, будто сбесившаяся птица.

— Да что происходит? — выдохнула я, в безрезультатных попытках ее захлопнуть, не дать разлететься страницам. И ахнула, когда обтянутый шелком переплет подернулся рябью. — Что за жуть?!

— Но-но, — прошипела обложка. — Жуть — это практически голая растрепанная девица, претендующая на главу рода. А я — совсем не такая. Я красавица и твоя великая прабабка! Проклятая и заточенная, кхе-кхе, в эту пыльную бумажную хрень во цвете лет.

Дверь в спальню открылась и бочком в нее ловко втиснулась Иванка.

— Ой, лэра, — сказала она, изумленно уставившись на меня.

Проклятие! Я перевернула дневник и хлопнула им об пол и прижав ладонями. Быстро заткнуть говорящий артефакт и заставить его выглядеть обычным предметом получилось только таким способом.

Помнится, одна из преподавательниц этикета говорила: «Лидия, никогда не показывайте окружающим, что вы пристыжены… Настоящая леди должна выглядеть уверенно и непогрешимо, что бы она ни делала. Запомните, у родовитых лэр нет странностей, у нас — милые прихоти».

Поэтому — долой смущение. Да, я вылезла из воды и восседаю в одном узком полотенце. Да, притискиваю к полу какую-то книгу. Но это ни в коем случае не идиотское поведение, а всего лишь легкая эксцентричность. И, конечно, существуют весомые причины, которые я просто не озвучиваю…

Надеюсь, внешне я выглядела хотя бы чуточку пристойно, а то что мысли мечутся, сменяя одна другую — знаю только я.