Генерал-адмирал. Книги 1-4

После того как все пятеро рискнувших заглянуть внутрь смельчаков присоединились к горничной в ее занятии, капитан лайнера приказал закрыть дверь каюты до прихода полиции и выставить около нее пост.

Из полицейских, прибывших по вызову, ни один не удержался от того, чтобы повторить подвиг горничной. Даже вызванный ими патологоанатом, многое повидавший в своей жизни, и то признал, что с трудом подавил рвотный позыв, увидев «это». Ну еще бы — в каюте на кресле сидел человек, горло которого было аккуратно разрезано от уха до уха, а сквозь разрез выпущен язык, свешивающийся сейчас почти до верхней пуговицы дорогого двухсотдолларового пиджака, будто чудовищный галстук. А ниже, прямо под этим галстуком, на его коленях стояла фотография красивой женщины, на которой размашистым почерком было написано: «Он ее убил!»"

"За следующую неделю тиражи газет на восточном побережье САСШ взлетели до величин, каких они достигали только во время Испано-американской войны. Даже отгремевшие не так давно Русско-японская и Англо-бурская войны, в которых американские интересы также были затронуты довольно существенно, и то не вызвали такого роста тиражей. А все потому, что в течение недели после опубликования сенсационного репортажа об убийце Трансваальской Королевы, труп которого был найден на борту роскошного круизного лайнера «Тибр», полиция обнаружила еще три точно таких же трупа. Один в Филадельфии, второй в Ричмонде, а третий в Атланте. У всех троих были одинаково разрезаны шеи, а языки выпущены в разрез. Так что даже отсутствие фотографий Трансваальской Королевы Эшли Лоутон в их руках не позволяло ошибиться в том, что являлось причиной этих убийств. Газетчики довольно быстро раскопали, что все трое были давно знакомы и имели отношение к некоторым очень грязным делишкам. Двое из троих даже привлекались к суду. Правда, вызванные в суд свидетели неожиданно прямо на заседании отказались от своих первоначальных показаний, и эти двое тогда отделались легким испугом… Но здесь не Европа, здесь Америка, и всем прекрасно известно, как делаются такие дела. Когда к тебе в дом однажды ночью постучится компания громил, которым откуда-то отлично известно о том, какие показания ты дал местному шерифу, и один из них «вежливо» попросит подтвердить в суде под присягой, что ты ошибся и ничего такого не было, в то время как остальные будут держать на прицеле (да еще и лапать) твою жену, одетую только в ночную рубашку, и испуганных детей, — ты быстро откажешься от любых показаний. Так или иначе, предположения о том, что покойники были как-то связаны со смертью Трансваальской Королевы, уже после третьего убийства, в Ричмонде, окончательно окрепли. А после четвертого превратились в уверенность.