Генерал-адмирал. Книги 1-4

Оружие, как и любое техническое устройство, имеет свойство в процессе эксплуатации изнашиваться, ломаться, для поддержания его в боеготовом состоянии требуются запчасти, и чем больше наших винтовок и пулеметов мы сейчас продадим, чем большее их количество окажется на вооружении других государств, тем больший рынок мы создадим. И тем большие мощности будем содержать для его обслуживания. Что должно очень пригодиться стране в грядущей мировой войне… Поэтому я иногда и демпинговал, стараясь перебить контракты у немцев, французов или американцев. Не хрен им отдавать наши деньги. Даже если эти деньги пока находятся в руках у кого-то другого… К тому же большие объемы производства всегда и везде вызывают снижение себестоимости единичного образца. Даже винтовка для нашей собственной армии при суммарном производстве в десять миллионов единиц обойдется пусть не намного, но дешевле, чем она же, но при производстве всего четырех-пяти миллионов единиц. А если разница в объемах производства окажется еще значительнее… А что? Автомат Калашникова (тоже русская, кстати, разработка) в мое время по некоторым подсчетам вообще занимает пятую часть всего выпущенного на Земле оружия. А если брать аналоги, так того же «Маузер-98» в различных вариантах за время его производства выпущено около ста миллионов. А он тут еще даже не создан… ну или как минимум не принят на вооружение. Причем я бы не сказал, что эта винтовка имеет ключевые преимущества перед тем вариантом «мосинки», который принят на вооружение у нас. Так что кое-какая фора у нас пока еще есть. И почему бы нашей «мосинке» не повторить успех маузера? Ну или хотя бы не приблизиться к нему насколько возможно…"

"С полигона я уехал вечером на собственном «Скороходе-50» в сопровождении еще одного, в котором сидели четверо охранников из состава четвертой роты Гвардейского флотского экипажа, вооруженных новыми немецкими пистолетами-карабинами, появившимися в продаже только полтора года назад. Согласно разработанной Канареевым инструкции, охранник на переднем сиденье моего автомобиля во время движения обязан был держать в руках маузер без примкнутого приклада в полной готовности к немедленному открытию огня. Во втором автомобиле водитель и охранник, занимавший переднее сиденье, не брали оружия на изготовку и в случае нападения обязаны были немедленно выпрыгнуть из автомобиля и броситься мне на помощь. А вот те, кто устроился на заднем сиденье второго автомобиля, держали маузеры с присоединенными кобурами-прикладами и находились в готовности к немедленному открытию огня. Данная инструкция появилась после того, как жандармское управление раскрыло аж две боевые группы эсеров, готовивших покушение на мою особу.