Ген подчинения. Том 3

Энергия внутри безрезультатно металась из стороны в сторону, не позволяя мне даже ухватиться хоть за одну ниточку из хитросплетений множества проклятий, спрятанных внутри её.

Более получаса мы просидели, пробуя разные способы, методики — всё, что только приходило в голову. Безрезультатно.

— То есть, очисти мы её от проклятия — она умрет? — непонимающе спросил я.

— А помимо убийства есть ещё какие варианты? — Добивать беззащитного мне точно не хотелось, хотя лисиц за моей спиной подобное ни чуточку не смутила, одна из них даже шикнула подруге нечто типа: «Я же говорила».

— Если такое возможно, то почему бы и нет? Люди говорят, если проклятие и дальше будет развиваться во мне, я умру, но теперь, сумей ты покинуть моё тело, вполне возможно…

— Скорее, опасаюсь, друг мой. — сев рядом с девушкой, что каждой чертой лица и своими карими глазами напомнила мне Мей Цай, личного гомункула Укуна, проговорил я. — Рано или поздно твоя сила убьет меня, а мы, живые, знаешь ли, не сильно-то и любим умирать.

Дух молча буравил меня взглядом, когда я, с жалостью повиснув над бедной девчонкой, думал, как же нам той помочь.

Сейчас на вид ей было лет тринадцать. Не знавшая радости, печали, бытовых прекрас и их же сложностей, она была обречена умереть, так и не познав значения слова «Жизнь». Оболочка, лишившаяся души. Сосуд, лишенный права зваться человеком. Чужая, как для знающих, так и для людей, вечная рабыня — вот всё, что видели в ней окружающие, прислугу.

— Вино, оно для гомункула? Может, попросить помощи и напоить её чем-то другим? — Слова напарника вернули мне надежду, всё же каждая жизнь стоила того, чтобы за неё бороться, и теперь, когда у того есть какой-то план, в успехе которого я почему-то не смел и усомниться, в то, что всё будет хорошо, верилось на все сто и один процент.

— Ещё что-нибудь нужно?

— Думаешь, гомункул после того, как очнется, попытается напасть?

Выслушав все требования, в темпе, подгоняя собственную стражу, я заявил о всем необходимом. Целителей собралось много, и даже очень, более двенадцати девиц, окружив меня, тотчас активировав собственные силы, покрыли тело некого рода странным радужным свечением. Вода, полотенца и вино также прибыли в весьма больших количествах. Мужчина, отвечавший за это место, раз двадцать переспросив о том, опасно ли это для моей жизни, уже жалел, что гомункул попал именно в его заведение. По взгляду того, нацеленному на девочку, было понятно, брось я её, никто горевать и не подумал бы.

Уверив того в том, что моя жизнь в относительной безопасности, я предупредил о последствиях прерывания данной церемонии, отчего у и без того седого мужчины прям на глазах поседела ещё и борода. Также предупредил и женщин о том, чего им стоит ждать.