Ген подчинения. Том 3

С самого начала я смотрел на них, как на злодеев и отморозков, и лишь в момент, когда уже было слишком поздно что-то менять, понимал их истинные чувства.

Укун был смелым и сильным воином, желавшим обрести силу, достаточную для защиты своего народа. Ба, в свою очередь, глядела куда дальше, чем король. Желала сберечь не только Китай, но и весь мир смертных, она решила стать необходимым злом, способным уберечь людей от божественных игрищ. Ну а Пак — бедолага отшельник, потерявший своего единственного близкого человека, по факту хотел лишь спокойствия и умиротворения для себя и своего дома.

Их лица, увиденные мною перед смертью, навсегда запечатлелись в моей памяти. Точно так же, как и их истории, а вместе с ними и идеи, преследовавшие тех до последнего вздоха.

Проснувшись среди ночи в поту, я медленно побрел на кухню. Этот сон, длиной в маленькую жизнь, был настолько реалистичным и правдивым, что в пору было усомниться в своей психической устойчивости. Все эти сказочные персонажи, навещавшие меня посреди ночи, преследовали и требовали лишь одного: запечатлеть их на бумаге, продемонстрировав всему миру и тем самым подтвердив момент, в котором они существовали. Осушив залпом полный стакан воды, я вытащил из очередной опустевшей пачки последнюю сигарету, а следом, развернув свою записную книжку, принялся вспоминать, чем же закончилась для большинства эта прелестная история.

Так, к примеру, Юшенг при помощи Вея и Бокин преодолела самый тяжелый кризис в истории компании, а после, решением совета акционеров, заняла пост главного директора, назначив вместо себя друга главного героя своим замом. Суинг Хэ вместе со своей сестрой отправилась на свою малую родину. Венлинг — менеджер, что некогда помогла Мише с подработкой, так же поднялась по должности. Хозяева хвостатые, прознав о её связи со своими героем, немедля всучили той в управление несколько ресторанов, назвав отличной начальницей. Вот только та, отчего-то свалившимся на неё обязанностям, была совершенно не рада.

Приблизительно через год после знакомства Чунь Хуа и здоровяк Франки поженились. Поговаривали, что у них даже дети были, а сам Франкенштейн ради своей любимой малышки отважился на какой-то подвиг, добившись у высших права причислить его семью к кругу знающих. Мей Цай вместе с новоиспеченной дочкой Миши — Хэйей, — отправились в путешествие. К сожалению, продлить годы жизни спасенному гомункулу, которой, кстати, и оказалась та самая вырубленная Ба женщина, к сожалению, не удалось, и последним желанием той было посмотреть мир, чем они, в общем, с малышкой Хэйей и занялись.