Где властвует любовь

Леди Данбери небрежно отмахнулась от него.

– Сколько, по-вашему, бывает в жизни великих тайн?

Никто не ответил, и Колин предположил:

– Сорок две?

Леди Данбери даже не удостоила его взглядом.

– Так вот. Говорю вам здесь и сейчас…

Все подались ближе, заинтригованные столь драматическим вступлением. Даже Колин.

– Вы все будете моими свидетелями…

Колину показалось, что он услышал, как Пенелопа пробормотала: «Ну давайте, не тяните».

– Тысячу фунтов, – сказала леди Данбери.

Толпа вокруг них разрасталась.

– Тысячу фунтов, – повторила леди Данбери, повысив голос. Воистину с таким талантом ей следовало бы пойти на сцену. – Тысячу фунтов тому…

Казалось, весь бальный зал притих, напрягая слух.

– …кто сорвет маску с леди Уистлдаун!

Глава 3

Автор пренебрег бы своим долгом, если бы не упомянул, что наиболее обсуждаемым событием на вчерашнем балу в Бриджертон-Хаусе оказалось не чествование именинницы (разумеется, без ссылок на возраст), а довольно дерзкое заявление леди Данбери, предложившей тысячу фунтов тому, кто разоблачит… меня.

Желаю успеха, дамы и джентльмены. Но эта загадка вам не по зубам.

«Светские новости от леди Уистлдаун», 12 апреля 1824 годаПонадобилось ровно три минуты, чтобы весть об экстравагантном предложении леди Данбери распространилась по всему залу. Пенелопа знала это совершенно точно, поскольку она стояла лицом к огромным (и если верить Кейт Бриджертон, чрезвычайно точным) дедушкиным часам, когда леди Данбери сделала свое объявление. При словах «Тысячу фунтов тому, кто сорвет маску с леди Уистлдаун» часы показывали сорок четыре минуты одиннадцатого. Длинная стрелка продвинулась не дальше отметки сорок семь, когда Найджел Бербрук, нетвердо ступая, вклинился в быстро растущую толпу вокруг леди Данбери и громогласно назвал ее последнюю затею «шикарной».

А если что-то дошло до Найджела, значит, это дошло до каждого, поскольку зять Пенелопы не отличался ни сообразительностью, ни вниманием, ни способностью слушать, что ему говорят.

«Ни словарным запасом, – насмешливо подумала Пенелопа. – «Шикарная», это надо же!»

– И кто, по-вашему, леди Уистлдаун? – спросила леди Данбери у Найджела.

– Понятия не имею, – признался тот. – Знаю только, что это не я!

– Думаю, мы все это знаем, – заметила леди Данбери.

– У тебя есть какие-нибудь идеи? – спросила Пенелопа у Колина.

Он повел плечом.

– Я слишком редко бываю в Англии, чтобы размышлять на эту тему.

– Чепуха, – возразила Пенелопа. – Ты посетил достаточно вечеринок и приемов в Лондоне, чтобы составить мнение о леди Уистлдаун.

Но Колин только покачал головой:

– Я правда не знаю.

Пенелопа вглядывалась в него чуточку дольше, чем было необходимо и чем позволяли приличия.