Гарпия с пропеллером

Мужчины, как правило, не запоминают таких тонкостей, но женщины смотрят на мир другими глазами.

Тридцать первого декабря Настя решила принарядиться, полезла в укромное место, где держала мамины серьги, и обомлела: там было пусто.

Лучше не рассказывать, как она провела тот Новый год. Еле дождавшись полуночи, рухнула со слезами в кровать. Муж, думавший, что у жены что-то болит, как мог, пытался ее утешить. Настя кое-как дотерпела до утра и бросилась звонить Милене.

«Абонент находится вне зоны действия сети», – ответил механический голос.

Настя оторопела, ей и в голову не могло прийти, что это сотовый.

– Неужели вы не догадались, что подруга дала номер мобильного телефона? – удивилась я.

– Нет, во-первых, они же все начинаются с восьмерки и еще какого-то кода, а у меня просто были цифры семь-два-два, – наивно ответила Настя, – и потом, там иногда работал автоответчик, разве его можно установить на сотовый?

Я с досадой прищелкнула языком. Естественно, можно, и у меня в аппарате есть так называемая голосовая почта, и не обязательно звонить через восьмерку, есть прямые номера. Но откуда малообеспеченной Насте знать такие тонкости! Мила так больше и не появилась. Серьги испарились бесследно. Настя, порыдав неделю, решила проявить активность и попросила одну из родительниц из своего класса:

– У вас ведь муж в МВД служит? Сделайте доброе дело, помогите найти адрес подруги…

Та не подвела и через день принесла известие, но оно оказалось обескураживающим. Милена Титаренко в столице не прописана. У Насти опустились руки. Долгими январскими ночами, лежа в кровати без всяких признаков сна, она перебирала в памяти события давно прошедших лет. Только сейчас с ее глаз упали шоры. Да Мила всю жизнь крала и обманывала людей. Ей вспомнились плачущий Сеня Клебанов, с недоумением глядящий на пустой кошелек, вынутый из кармана его пальто, и Мила, вскоре пришедшая в новом платье… Перед глазами возникла истово крестящаяся Раиса, со слезами кричавшая:

– Сколько я ни била ее, все чужое прет…"

"Насте чуть плохо не стало от собственной глупости. А потом она и вовсе похолодела, вспомнив подростка, напавшего на соседа Федорова. Мила знала, что Иван Петрович понесет огромную по тем временам сумму в десять тысяч рублей. Ей также было известно, по какой улочке пойдет сосед, и то, что он не сумеет оказать хулигану сопротивление. Худенькая, тщедушная Милена запросто могла сойти за подростка, если бы надела джинсы, куртку и кепку… И не зря она вскоре после ограбления Федорова испарилась, вернувшись только для того, чтобы в очередной раз обмануть Настю.

– Никакой Аси Строковой, жены Никиты, в природе не существует, – грустно объясняла Настя, – Милене соврать, как мне этот пирожок слопать.