Гарпия с пропеллером

Настя, как всегда, не глядя в глазок, распахнула дверь и ахнула. Перед ней стояла улыбающаяся Мила с тортом в руке. Выглядела она великолепно. Норковая шубка, бриллиантовые серьги, стильная сумка…

Распространяя запах незнакомых, явно недешевых духов, она обняла Настю:

– Здравствуй, я очень соскучилась! Пустишь меня?

Настя посторонилась:

– Конечно, входи, сколько лет, сколько зим? Куда же ты исчезла? Отчего не звонила?

Милена вытащила из коробки дорогущий импортный торт.

– Да я просто сбежала. Понимаешь, представился случай удачно выйти замуж, вот я и съехала к будущему мужу. Он человек с огромными связями, поэтому сумел сразу прописать к себе, даже без штампа в паспорте.

– К чему такая спешка?

Милена спокойно отрезала кусок нежного бисквита и пояснила:

– Я не хотела, чтобы он сюда приходил.

– Почему? – не поняла Настя.

Вновь обретенная подруга улыбнулась:

– Видишь ли, я ничего не рассказала мужу ни о своих родителях, ни о Раисе. Очень хотела с ним в загс пойти, вот и решила не пугать его родственниками-уголовниками. Честно говоря, я боялась, вдруг вы расскажете моему жениху правду.

Настя возмутилась до глубины души:

– Между прочим, я умею хранить тайны. Ну-ка, вспомни, я никому ведь не сболтнула про «разведчиков».

Милена кивнула:

– В тебе я не сомневалась ни минуты, а вот тетя Нюра не умела держать язык за зубами.

Настя вздохнула. И ведь правда, ее покойная мама слыла первой сплетницей в подъезде…

– Поэтому я и пришла к тебе только после того, как тетя Нюра и дядя Петя умерли, – пояснила Милена.

– А твои родственники живы?

– Слава богу, нет, – отмахнулась Мила, – Раиса еще в пересыльной тюрьме коньки отбросила, а про отца и мать я ничего не знаю и знать не хочу. Ладно, рассказывай, как живешь?

Подруги поболтали, съели торт, потом Мила сказала, окидывая взглядом кухню:

– Все старое, вон тот шкафчик еще наш, чего новый не купишь?

Настя покачала головой:

– Денег нет, Костя бюджетник, я учительница, откуда средства взять?

– Продай что-нибудь!

– Так нечего!

– Помнится, у твоей мамы имелись дорогие бриллиантовые серьги, – протянула Мила.

– Правильно, от бабушки достались.

– Давай найду покупательницу на них, у моего мужа много богатых знакомых, – предложила Милена.

– Ни за что! – воскликнула Настя. – Это семейная реликвия, бабушка сберегла их во время войны, а мама не рассталась с серьгами даже тогда, когда предложили в кооператив вступить. Нет, нет! У меня дочь растет, ей передам!

– Дура ты, Настя, – резко заявила Милена, – о себе надо думать, а не о детях. Они свое наживут.

Настя растерялась:

– У тебя ведь тоже ребенок есть?

– Ну и что? – пожала плечами Мила. – Родила, чтобы мужа к себе привязать, он человек при деньгах, сумел мне нормальную жизнь обеспечить.