Гарем вне закона

А когда твоё сознание потеряет остатки разума, я без труда сокрушу хрупкие барьеры твоей души и окончательно подчиню себе…

Что произошло дальше – я сам толком не понял. Мне в голову ударила такая злость, что в глазах помутнело. Тело действовало само, повинуясь неким внутренним глубинным инстинктам. Выхватив из инвентаря зверомеч, я активировал режим Грёз, и ударил прямо по полупрозрачной преграде! Та прогнулась, послышался треск рвущейся тугой материи.

– Стой, ня! – протестующе мявкнула Ника где-то на дальней кромки сознания. – Я ещё не…

Но я уже вошёл в жуткое пограничное состояние. Нажав на рукоять изо всех сил, вспорол преграду, и та вспыхнула радужным сиянием, осыпаясь на пол в виде белесого пепла. Тёмная Сияна застыла, так и не нанеся удар, её голова начала медленно оборачиваться в сторону дверного проёма…

Я уже оказался рядом. Одной рукой схватил её за руку с плетью, второй приставил меч к горлу. Глаза Тёмной Сияны широко распахнулись.

– Пошалили и хватит, – спокойно произнёс я, тяжело дыша. Ощущение, что организм выбросил в кровь весь адреналин, что накопил. – Нужно и меру знать.

– Ты! Как ты нашёл нас… – в ужасе прошептала зверодевочка. – Это же мир Грёз, здесь невозможно найти дорогу!

Ох уж эти женщины, поди пойми их.

Тем временем Хрюндель, привлечённый звуками из чужой Грёзы, повернул голову в нашу сторону и недовольно нахмурил свой свиной пятак. Поднялся, отбросил отрезанную голову в сторону, перебросил тесак из руки в руку и двинулся в нашу сторону. По идее, у него нет возможности проникнуть к нам. Но надо быть начеку.

– Слава… – прошептала Сахаринка, обернувшись на звуки моего голоса. Но всё моё внимание пока что было сосредоточено на Сияне. На её жутких оранжевых глазах, смотрящих на меня из океана тьмы и безумия…

Я отстранился, глядя в её ошалевшие глаза. Убрал меч в инвентарь и улыбнулся ей.

– Сияна, – произнёс я. – Хватит. У вас с Сахаринкой нет никаких причин для ссор. Я люблю вас обеих. И никому не дам в обиду.

Зверодевочка молчала, с ненавистью глядя на меня. Но при этом не делала попыток атаковать или убежать.

– Я готов принять тебя такой, какая ты есть, со всеми положительными и отрицательными сторонами. Хотя от привычки быть людей кнутом тебе лучше отказаться, – произнёс я.

Чёрт… вот же любительница бить кнутом по задницам…

– Т-ты… Сл… Сл… – Тёмная Сияна издала жалобный скулёж, её хвостик стоял торчком, словно кол. – Ты не вовремя…

– Очнись, Сияна, – сказал ей. – Я знаю, что тёмная сущность – это тоже часть тебя. Вы на самом деле одна личность. Пусть и в двух вариантах. Ты стала такой, потому что окружающий мир был жесток к тебе. Но больше нет смысла отвечать ему тем же. Нет смысла множить зло в ответ.

– П-почему? – Тёмная Сияна затряслась всем телом, в ужасе глядя на меня.