Гарем вне закона

Дёрнув плечами, Тёмная Сияна освободилась от рабской робы, она с легким шорохом сползла к ногам. Обе девушки остались полностью обнажёнными…

Злобно улыбаясь, Тёмная Сияна повернулась к столу с пыточными инструментами, взяла плётку. Снова шагнула к Сахаринке, но вдруг замерла неподвижно, в её глазах на мгновение сверкнули голубые искры.

– Пожалуйста… не трогай её… – произнесла Сияна… Настоящая Сияна! Она всё ещё здесь и пытается бороться!

Но оранжевый огонь вновь зажёгся в её глазах, ещё сильнее, чем раньше.

– Да ладно? Не трогать? Не ты ли сама ревновала её к Слав… этому? – презрительно произнесла Тёмная Сияна. – Жаловалась мне, что она вечно крутится поблизости и подставляет вас? Как в случае с королевой, когда Сла… этого назначили фаворитом? Нет уж, эта высокоморальная сучка сейчас получит за всё…

Сахаринка напрягла мышцы на руках и ногах, попыталась разорвать оковы, но безуспешно. Из чего бы эти цепи не были сделаны, даже силы мирмеции не хватало, чтобы их порвать… Впрочем, в мире Грёз физическая сила разве имеет значение? Здесь же почти всё иллюзорное, и побеждает тот, чьи Грёзы сильнее… Цепи не настоящие, а сотканы из Грёз. Судя по тому, как беспомощна Сахаринка, её Грёзы намного слабее…

– Я уже использовала на тебе особое заклинание, что человеческие чародеи создали, основываясь на магии суккуб, – произнесла Тёмная Сияна. – Оно… усиливает ощущения. Раза в два. Ты пока этого не поняла, но…

Без предупреждения она ударила ладонью Сахаринку по левой груди, раздался громкий шлепок. Мирмеция вскрикнула от боли, дёрнувшись всем телом, сдерживающие её цепи зазвенели. В месте, куда пришёлся удар, кожа покраснела.

– Тебе нравится боль? Боль тебя возбуждает? – произнесла Тёмная Сияна, ударив Сахаринку уже по правой груди. – Ты с презрением относилась к нам с Сияной, даже просто взгляд бросить брезговала. Ты, воительница, считаешь себя представителем высшей части общества, а нас – жалкой рабыней? Я накажу тебя за твою гордыню.

Удар… удар… ещё удар… и ещё. Сияна шлёпала Сахаринку по грудям, от чего те дёргались из стороны в сторону. Мирмеция молчала, отведя глаза в сторону. Однако её желваки на скулах напряглись, она прикладывала усилия, чтобы не закричать…

– Так ты любишь боль, Сахаринка? – Тёмная Сияна провела кнутом по груди Сахаринки, приподняла им голову мирмеции за подбородок, заставила посмотреть на себя. – Я с большим удовольствием причиню тебе боль… море сладкой боли.

Сахаринка молчала, глядя Тёмной Сияне прямо в глаза. Во взгляде мирмеции я видел стойкость и желание сопротивляться до конца. Только вот надолго ли её хватит? Выдержит ли она до того, как помощь подоспеет!? Ника что-то тормозит…

Сахаринка дёрнула головой, оттолкнув хлыст.