Гадости для радости ...и по работе

Любопытство — сила древняя и непобедимая, так что пусть и без охоты, но капитана я в квартиру впустила.

А как он оказался вместо гостинной на кухне, жующим яичницу, запивающим ее крепким сладким кофе с молоком, я не знаю.

Какая сила заставила меня жарить яичницу и варить кофе — не знаю тоже.

— Мы на этот адрес, в общем-то, с формальной проверкой ехали, никого там не должно было быть. Расслабились, конечно… Знаю, это мы зря — как показывает практика, как раз на таких вот выездах, где никакого головняка не ждешь, самая жесть и случается. А подай соль, пожалуйста… спасибо! Но я к тому, что если бы ты не предупредила, как раз как ты сказала, и вышло бы. Да и с предупреждением… я, уж извини, поверил только когда в квартиру вошли, а там коридор, в торце шкаф, а слева — открытая дверь на балкон.

Ты посмотри, не сразу он мне поверил! Вот подстрелили бы тебя — знал бы!

Несмотря на то, что Сокольский отвлекался на разговор, яичница исчезала с катастрофической скоростью.

Нарезая бутерброды, я утешала себя тем, что это не для него, мне же и самой надо чем-то позавтракать…

А вообще — это Вася виноват! Я надеюсь, Владка отомстит ему за меня.

А Иван рассказывал дальше:

— Шкаф старый, между дверцами — щель. Хрен его знает, что он в нее видел, но видеть мог только в нее. Если бы я не ждал, то и внимания не обратил бы. А так — сразу из поля зрения отошел. Своим знак дал, чтобы не шумели, там бутылка пустая валялась — ею дверцу подцепил, потянул. Я думал, этот утырок из шкафа выскочит, чтобы цель найти, а он прям так на движение дверцы и шмальнул. Как ты и говорила, сквозь дверцу. Ну, а раз он ствол так удачно разрядил, то мы его и повязали оперативно. В общем, пока его в камеру сунули, чтобы в себя пришел. Как наркотический приход отпустит, будут допрашивать… Слушай, Червон… Блин, как неудобно-то к тебе без отчества обращаться, а!

— Ваня, — мрачно перебила я.

— Без отчества ко мне можно обращаться “Ваня”.

— Серьезно? — он почему-то ужасно развеселился. — Так ты не шутила, когда говорила, что мы тезки!

Я сделала чопорное лицо:

— Я крайне редко шучу с полицией.

Сокольский ухмыльнулся:

— Да? А с соседом из сорок пятой квартиры — это значит, не шутка была? Ладно, ладно не злись! Лучше расскажи, это что вообще такое было? Ну, с пророчеством.

Вот же… цепкий, как клещ. С темы так просто не уведешь, одно слово — опер.

— Отстань, а? — Попросила я искренне, не пытаясь больше юлить. — Я тебе тайны профессии открывать не обязана. А штуку эту на службу не поставишь: истинные пророчества приходят стихийно, повлиять на них нельзя. Все, закрыли тему: помогла — и скажи спасибо.

Он посмотрел на меня серьезно.

Даже есть перестал — вот как серьезно.

Ну, или это просто потому что яичница закончилась.