Фронтовик стреляет наповал

Мамочка как мамочка, и коляска обычная.

Человеческая психология устроена своеобразно. Вещи и события обыденные внимания не привлекают, не запоминаются. Пройдет мимо вас в подъезд дома сантехник или врач со «Скорой», принадлежность которых ясна и понятна, вы о них не вспомните, а вот пьяный и матерящийся бомж или ярко накрашенная девица запомнятся. Может быть, мамочка с коляской ни при чем, но Андрей запомнил высказывание соседки, потому как небольшая странность была.

На улице уже прохладно и долго на лавке не усидишь, обычно мамы с колясками прогуливаются, а эта три часа сидела. В оставшихся квартирах, уже заканчивая опрос, целенаправленно спрашивал о мамочке с коляской, получая утвердительный ответ.

– А после двенадцатого числа она появлялась?"

"Двенадцатого октября произошла кража. А после кражи ни маму, ни коляску никто не видел. Андрей почувствовал себя гончей, взявшей след зайца. Отправился на обед. Работа работой, но и обедать надо, доктор в больнице говорил про усиленное питание. А как усиленно питаться, когда денег кот наплакал и тают быстро, как мартовский снег?

Первое блюдо не брал, зато к картофельному пюре две котлеты, рассудив, что мясо сытнее. Горячий чай пил медленно, вспоминая детали разговоров с соседями потерпевшего.

Одна наблюдательная сказала:

– Думаю, не мамочка она.

– Почему?

– За все время, что сидела, ни разу коляску не покачала, соску не дала. Нянька она, и детей не любит.

Андрей не женат был, своей семьи и детей не имел. Как с маленькими детьми обращаться, не знал. Для него такие детали – откровение. Не поленился, после обеда в поликлинику пошел, к педиатру.

– Доктор, пять минут займу, вижу, очередь у вас. Скажите, в коляске какого возраста дети спят долго?

– Как долго?

– Три часа.

– Месяцев до шести.

– По такой погоде как часто поить, кормить их надо, пеленки менять.

– У вас детей еще нет? – улыбнулся доктор.

– Не успел жениться.

– По такой погоде, как сейчас, пеленки каждые два часа менять надо. А соску с водой – по требованию.

– Это как?

– Когда плакать будет. Сказать младенец не может ничего, мал. Вот маме сигнал плачем подает. Если пить или кушать хочет, если сырой.

– Спасибо.

– Могли бы у любой рожавшей женщины спросить.

Мог, конечно, но ему надо было услышать специалиста. Итак – няня. Или бесчувственная мамочка, которая за три часа пеленки не меняла. Да и не будет менять на улице, не лето.

Заявился в райотдел, сразу к Феклистову, выложил то, что нарыл.

– Подожди. Кто-то на предыдущих кражах тоже о женщине с коляской упоминал. Дай-ка мне дело Самарина.

– Это директор кладбища?

– Он самый.

Николай полистал дело, нашел нужную страницу.

– Вот! Женщина с коляской! И то один свидетель упомянул.