Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Я молча стоял и слушал, не сказать что не без интереса, хотя все это уже было просчитано моим штабом.

– Это капля в море, особо на обстановку не повлияет, – ответил майор."

"– Вы, товарищи, продолжайте, а нам с товарищем майором надо поговорить отдельно, – сказал вдруг Мартынов.

– Это можно сделать в комнате отдыха. Там есть все необходимое, – ответил я комиссару, после чего сказал уже остальным членам комиссии: – Штаб у нас работает круглосуточно, так что на кухне всегда есть чем подкрепиться. Через полчаса повар организует вам ранний завтрак. Товарищ комиссар, пройдемте за мной.

Как только мы вошли в кабинет, комиссар спросил:

– Майор, КТО ВЫ?

На несколько секунд в комнате повисло молчание. Обдумывая ответ, я тянул время, спокойно разливая чай по стаканам.

– Сложный вопрос… – задумчиво протянул я. На самом деле ответа на этот вопрос у меня пока не было, не задумывался, оставляя все на потом, и вот это потом наступило.

– Но ответ должен прозвучать, – едва заметно усмехнулся комиссар, добавив в чай несколько кусков колотого сахара.

– Сладкое любите? – спросил я вместо ответа, кивнув на сахарницу.

– Есть такая слабость.

– Да, я тоже сладкоежка. Особенно пирожные с воздушным кремом нравятся. Знаете, у наркомата есть магазин, где они продаются. Там продавщица есть, Марья Игоревна, она мне всегда свежие продавала. Вкусны-ы-ые.

Завел этот разговор я не просто так, чувствовался некоторый дискомфорт в разговоре, сейчас же он понемногу стал исчезать. Убедившись, что комиссар готов к адекватному разговору, продолжил:

– Давайте рассуждать логически. Кто я такой, вы не знаете, выяснить не удалось, но… я дал вам наводку. Однако и здесь вас ждет поражение. Гоголев заявит, что никакого Демина он не знает и никогда не знал. Что в принципе верно, он действительно меня не знает. Продавщица тоже не опознает частого покупателя. И что получается? Со всех сторон неудача.

– Значит, вы не ответите на мой вопрос?

– Знаете, пожалуй… – я выдержал нужную паузу и ответил: – Нет. Но я дам вам подсказку.

Открыв клапан нагрудного кармана, я достал закрытый конверт. Передав его в руки комиссара, пояснил:

– Это не ответ, это еще множество вопросов.

– Что в нем? – поинтересовался Мартынов, не делая попытки открыть конверт.

«Не дурак», – подумал я.

– Мои удостоверения. Мои НАСТОЯЩИЕ удостоверения и спецпропуск. Открывать не советую. Как сказал один мой хороший знакомый… перед смертью: я слишком много знал.

– Мне нужно что-то передать, – развел руками комиссар.

– Пусть пришлют кого-нибудь с более широкими полномочиями. Лучше всего того, кому товарищ Иванов безгранично доверяет и кого не закопают после нашего разговора.

– Заинтриговал, но хорошо, я все передам.