Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Нагрузив его продовольствием, которое взяли на кухне, и одеждой хозяев, мы заперли всю прислугу в одном из флигелей, уселись в повозку и направились к выезду из усадьбы.

– Где будем искать Андрея? – спросил я, морщась от скачков по кочкам.

– Он не маленький мальчик и сам нас найдет, – ответила Аля, прижимаясь ко мне.

Профессор, управлявший ландо, близоруко щурясь, сказал:

– Там на дороге кто-то стоит.

Велев профессору остановить повозку, достал бинокль.

– Андрей. Точно он. Гони, подберем его!

Подъехав к устало стоящему Андрею, мы спросили его хором:

– Ну как ты?

– Лучше не бывает, – ответил он и, поправив ремень автомата, поинтересовался: – У вас для меня место найдется?"

"Место нашлось – напротив нас. Профессор взмахнул вожжами – а мы с Алей стали расспрашивать Андрея. Судя по его виду, ему пришлось немало побегать.

Рассказ его подтвердил то, что я слышал от полицая. Сначала он двинул в морду полицейскому чиновнику, тот умотал, а утром следующего дня вернулся с солдатами.

– Вы представляете, эти ненормальные на меня с шашками поперли, – рассказывал он едва не со смехом.

– А ты? – спросил я с любопытством.

– А я очередь на полмагазина и… клин, пришлось пистолетом работать, но проредил я их знатно… – продолжал рассказывать Андрей. – Магазин расстрелял, чуть не зажали, ноги пришлось делать в лес!

В лесу он осмотрел автомат – оказалось, патрон переклинило – разобрал, выбил, заново переснарядил и стал уходить дальше в лес, как только услышал лай собак. Почти сутки водил преследователей за нос, пока они не скисли. Два часа назад он вернулся к усадьбе и стал вести наблюдение. Понял, что в ней идет какая-то кутерьма, затем увидел нас и решил просто ждать на единственной большой дороге, ведущей из имения – легко можно было понять, что мы поедем именно по ней.

Остановившись, мы переоделись в трофейную одежду. Дворянская – что ж, будем играть благородных! Одной лишь Але досталось выходное платье горничной – милое, но явно мещанского вида. Ну не крестьянка, и то хорошо.

Однако вот влипли! Сколько помню историю, Царство Польское, провинция Российской империи, вовсе не было тихим захолустьем! Бунт тысяча восемьсот тридцатого, бунт в шестьдесят третьем, когда русских резали поголовно, «хай живе Речь Посполита от можа до можа!» То есть хватало недовольного элемента, да еще и граница рядом, Пруссия на севере, Австрия на юге, а там недавно лишь революция отгремела.