Фредерика

Он настолько углубился в описание достоинств верховых ездовых лошадей Алверстока, что очень скоро дамы, извинившись, покинули братьев.

Когда они подробно обсудили эту тему, Гарри согласился, что это, конечно, здорово, что маркиз предоставил лошадей в распоряжение Джессеми, и заметил:"

"— Ему нечего за них беспокоиться. За тебя я ручаюсь, малыш: ты отлично держишься в седле, и рука у тебя легкая, я-то знаю.

— Да, но ведь он этого не знал! — наивно воскликнул Джессеми.

Гарри задумался и воздержался от комментариев. Никогда не знаешь, как отреагирует Джессеми, если подшутишь над ним, да ему и не хотелось дразнить мальчика. Кроме того, он решил побольше узнать о маркизе. Джессеми был моложе на шесть лет, но Гарри очень уважал его мнение и полагался на его способность обнаруживать в человеке нравственные недостатки. Джессеми редко ошибался в этом.

Но Джессеми мог сказать о маркизе только хорошее. Он понимал, что беспокоит Гарри, и признался, что поначалу сам думал, не волочится ли Алверсток за Черис.

— Но это не так. По-моему, он совсем не обращает на нее внимания. Однажды он пригласил ее прокатиться с ним по парку, но Фредерика объяснила, что это было сделано специально для одного ухажера, чтобы показать, что он следит за ней; и потом, он никогда не присылает ей цветы, не торчит без конца у нас дома, как кузен Эндимион.

— Какой еще кузен? — поинтересовался Гарри.

— Эндимион. Ну, так мы его называем, и, по словам Фредерики, мы каким-то образом в родстве с ним. Он наследник кузена Алверстока, служит в королевской гвардии. Без ума от Черис, но его нечего бояться! Он такой здоровый тупоумный малый, совершенно безобидный, но, боже мой, такой болван! Еще есть кузен Грегори — один из племянников кузена Алверстока; и кузен Бакстед, но он таскается сюда из-за Фредерики; а еще…

— Однако сколько же их! — изумился Гарри.

— Даже не помню точно. Вообще-то странно, откуда сразу взялось столько разных кузенов, о которых мы и не подозревали, правда?

— Чертовски странно!

— Да, но так или иначе они наши родственники, они сами признают это!

Гарри покачал головой, но сказал:

— Ну что ж, возможно, это и так. Ты говоришь, один из них влюблен в Фредерику?

— Да, просто анекдот! — ответил Джессеми, уловив сомнение в вопросе брата. — Самое смешное, что он редкий зануда…

Он замолк и нахмурился.

— Я не должен так отзываться о нем. Он весьма уважаемый человек. Порядочный и ведет себя достойно. Только иногда так и хочется вскочить и натворить что-нибудь, когда он начинает читать нравоучения. Тут я понимаю, что имел в виду кузен Алверсток, когда говорил, что из человека выходит более убежденный праведник, если он сам попадает в переделки.