Фавориты Фортуны

А та была помолвлена с Метеллом Сципионом, который уехал в Испанию вместе со своим отцом. Но когда Метелл приехал в Рим, за несколько лет до возвращения отца, он и Эмилия Лепида серьезно поссорились. Она разорвала помолвку и объявила, что собирается выйти замуж за Катона. Мамерк был в ярости! Особенно, кажется, потому, что моя подруга Сервилия – сводная сестра Катона – заранее предупреждала его о Катоне и Эмилии Лепиде. Во всяком случае, все закончилось мирно, потому что Эмилия Лепида вовсе не собиралась выходить замуж за Катона. Она хотела заставить Метелла Сципиона ревновать. И когда Метелл Сципион пришел к ней просить прощения, о Катоне не было и речи, и Метелл Сципион занял прежние позиции. Вскоре после этого они поженились. Однако Катон так болезненно воспринял отставку, что пытался убить Метелла Сципиона и Эмилию Лепиду. А когда это не удалось, хотел привлечь Метелла Сципиона к суду за то, что тот охладел к Эмилии Лепиде! Его сводный брат Сервилий Цепион – приятный молодой человек, только что женившийся на дочери Гортензия, – убедил Катона, что тот ставит себя в глупое положение. И Катон прекратил преследование. Однако весь следующий год он писал бесконечную поэму, которая, я уверена, очень плоха.

– Забавно! – засмеялся Цезарь.

– Но тогда это было не забавно, поверь мне! Каким он станет в будущем, еще неизвестно, но на сегодняшний день ясно, что он обладает способностью ужасно раздражать людей, – сказала Аврелия. – Мамерк и Корнелия Сулла – не говоря уже о Сервилии! – презирают его. Думаю, что теперь и Эмилия.

– Сейчас ведь он женат на другой? – спросил Цезарь.

– Да, на Атилии. Не совсем удачная партия, но ведь у него не так много денег. В прошлом году жена родила ему дочь.

Цезарь, взглянув на свою тетю, понял, что она устала.

– Не хочу этому верить, мама, но ты права. Тетя Юлия долго не проживет, – сказал он Аврелии, когда они покинули дом Юлии.

– Да, конечно. Но это случится не сейчас, сын мой. Она доживет до нового года, а может быть, протянет и дольше.

– Надеюсь, что это случится после моего отъезда в Испанию!

– Цезарь! Это надежда труса, – сказала его безжалостная мать. – Обычно ты не увиливаешь от неприятных событий.

Он остановился посреди дороги, протянул руки, сжав кулаки."

"– Оставь меня! – крикнул он так громко, что двое прохожих с любопытством посмотрели на эту красивую пару. – Всегда долг, долг, долг! Но, мама, быть в Риме, чтобы похоронить тетю Юлию, – этот долг я не хочу выполнять!

И только традиция и приличие заставили его идти рядом с матерью весь оставшийся путь до дома. Ему совсем не хотелось провожать ее до Субуры.

Дома тоже было невесело. Циннилла плохо переносила беременность.