Фавориты Фортуны

– Насколько было бы лучше, – заметил Цезарь, – если бы наш календарь и сезоны совпадали! Не выношу неточности!

Красс удивленно посмотрел на своего собеседника:

– Почему?

– Сейчас уже февраль, а зима только начинается.

– Ты говоришь как грек. Если знать дату и иметь возможность высунуть руку за дверь, чтобы почувствовать температуру воздуха, – какая разница?

– Разница есть, потому что это неаккуратность и беспорядок.

– Будь мир слишком аккуратным, было бы тяжело делать деньги.

– Тяжело прятать их, ты хочешь сказать, – усмехнулся Цезарь."

"При приближении к Скиллею разведчики доложили, что Спартак все еще стоит лагерем на небольшом мысе за пределами порта, хотя есть признаки, что скоро он может сняться. Его приверженцы объели весь район.

Красс и Цезарь ехали впереди с армейскими инженерами и эскортом солдат, зная, что у Спартака нет кавалерии. Он пытался научить пехотинцев ездить верхом и приручить диких лошадей, встречавшихся в луканских лесах и горах, но ни с людьми, ни с лошадьми у него ничего не получилось.

День был безветренный. Снег продолжал падать. Два римских аристократа оглядывали местность позади треугольного мыса, где располагались повстанцы. Если дозор и был выставлен, то он проявлял полное равнодушие к происходящему. А больше здесь никого не было. Снег, конечно, помогал, заглушая шум и одевая в белое всадников.

– Лучше, чем я ожидал, – сказал довольный Красс, когда группа повернула обратно, возвращаясь в лагерь. – Если мы выкопаем траншею и возведем стену между этими двумя ложбинами, мы накрепко запрем Спартака на его территории.

– Ненадолго, – заметил Цезарь.

– Достаточно. Я хочу, чтобы они голодали, чтобы им было холодно, чтобы их охватило отчаяние. А когда они прорвутся, пусть идут на север, в Луканию.

– Во всяком случае, последнего ты добьешься. Они попытаются прорваться в самом слабом нашем месте, и это не южное направление. Без сомнения, ты захочешь, чтобы здесь копали консульские легионы.

Красс удивился:

– Они, конечно, могут копать, но вместе со всеми. И ров, и стена должны быть готовы за один рыночный интервал. А это значит, что и самые старые ветераны тоже займутся делом. Кроме того, физические упражнения их согреют.

– Если хочешь, я организую все, – предложил Цезарь, не ожидая согласия.

Разумеется, Красс отклонил предложение:

– Я бы хотел, чтобы ты этим занялся, но это невозможно. Луций Квинкций – мой старший легат. Это его обязанность.

– Жаль. Он слишком много говорит и строит из себя начальника.

Однако Луций Квинкций с большим энтузиазмом принялся сооружать стену вокруг лагеря Спартака. К счастью, у него хватило ума последовать советам инженеров. Цезарь был прав, считая его никудышным строителем укреплений.