Формула одиночества

"

"Марина мысленно перекрестилась. Слава богу, не Арсен! Сейчас она бы просто не выдержала объяснений. Только теперь она поняла, как боялась звонка от Арсена. Ведь если он захочет, без труда обнаружит, где она находится. Только захочет ли? Сколько уже дней прошло, как она покинула Абхазию, а о нем ни слуху ни духу. Хотя... Она даже замедлила шаг. Эти дни ей показались вечностью, а на самом деле миновало чуть больше трех суток. За это время Арсен едва ли мог появиться в Гаграх. Возможно, он до сих пор не знает об ее отъезде и надеется, что она дожидается его у Анжелы. Если надеется... Если приезд любовницы не окажется для него радостным сюрпризом...

Воспоминание о шикарной подружке Арсена снова заставило заныть Маринино сердце. И чтобы избавиться от неприятных ощущений, она быстрым шагом прошла в дом и взяла трубку. И услышала в ответ на свое «Алло, я слушаю!» голос Ларисы.

– Ты куда потерялась? Что случилось? – надрывалась подруга.

Марина беспомощно оглянулась. Вокруг сновали люди, сильно пахло хвоей и горячим воском, зеркало напротив было завешено белой простыней.

– Давай я тебе перезвоню на сотовый, – попросила она. – Разговор долгий, а здесь масса народа.

– Ну, раз долгий, тогда перезвоню я. Минут через пять, – предложила Лариса. – У меня безлимитный тариф, а у тебя живо деньги на счету закончатся.

– Жду, – ответила Марина и положила трубку.

– Машина уже выехала из морга, – сообщила ей та же сотрудница, что позвала ее к телефону. – Где-то полшестого должны привезти Аркадия Сергеевича.

– Я выйду на несколько минут, – сказала Марина, – посижу за домом в беседке.

– Идите, идите, – закивала головой женщина, – мы тут почти управились.

– Спасибо, – улыбнулась Марина.

Она вышла на крыльцо. Красное солнце зависло над сосновым бором, со всех сторон обступившим Ясенки. Огромная береза рядом с флигелем тихо шелестела листвой. Сколько себя помнила Марина, она всегда была огромной. По семейному преданию, ее посадил прадед в день рождения дедушки. Какая-то птичка осторожно тенькнула среди ветвей, помолчала долю минуты и вдруг залилась песенкой – веселой и озорной, но щемящая, острая до слез грусть не отпускала Марину. Она вдруг поняла, что пройдет совсем немного времени, и не останется ни этого бора, ни этой березы, ни этой песенки. Останется солнце. Только всходить и заходить оно будет над разноцветными крышами элитных особняков...

Марина сжала кулаки. Нет, она не намерена сдаваться. И Субботину совсем не нужно знать, как она будет бороться за усадьбу. Хватит с него того, что она согласилась помочь ему осмотреть тайник.

Зазвонил телефон. Высветился номер Ларисы. И Марина поднесла трубку к уху.

– Рассказывай, – с ходу потребовала подруга. – Что у тебя стряслось?

– Папу убили, – сухо сказала Марина.