Форк 1941

И, скорее всего, в ближайшие дни.

Прошедшая ранее эвакуация семей военнослужащих, собственно, об сём сказала им и раньше, а крайняя директива только развеяла остатки сомнений.

Части РККА во втором эшелоне округа готовились противостоять фланговым ударам немцев с севера (если, как и в «тот раз» 3-й танковая группа, шедшая впереди на юге Прибалтики будет успешна с занятием Вильнюса и повернёт далее – как и в «тот раз», в Белоруссию, замыкая тот самый проклятый «мешок») и немецких сил южнее (с идущей впереди 2-й танковой группой, ныне уже потерявшей своего талантливого командира) в районе Бреста. Именно успех двух этих фланговых ударов тогда и обеспечил «белостокский котёл», в котором сгинули погибшими и попавшим в плен (что было фактически одно и тоже – очень мало из них выжило в концлагерях) свыше трёхсот(!) тысяч советских бойцов и командиров кадровых дивизий РККА.

В генштабе РККА очень надеялись, что благодаря всем предпринятым мерам противодействия, первый натиск немцев не будет столь всесокрушающ и стремителен по последствия для страны. И целостная линия фронта сохранится. И даже будет пролегать западнее, чем в «тот раз»

Авиационное сражение, развернувшееся в ЗОВО над советским приграничьем и чуть восточнее, вышло намного ожесточённее, чем в «тот раз». Команды прошли вовремя, сомнений не было, митинги перед строями самолётов на аэродромов таки случались – но короткие и позже.

Множество самолётов сыпалось целыми горящими кусками и уже обломками с небес. В утреннем небе шла схватка в главном воздушном сражении первого дня войны. «Штаффели» авиагрупп люфтваффе против взлетевших им на встречу авиаэскадрилий авиаполков ЗОВО. Повинуясь воле тех, кто методично выполнял план немецкого авиационного наступления. И тех, кто противодействовал ему. С вершиной в виде генерала Рычагова в штабе ВВС РККА.

Знавшим «иное будущее»…

Едва совершив посадку, пополнив боекомплект и топливо, кинув в рот по потребности какой-никакой быстрый и калорийный перекус вроде плиток шоколада и «отлив» ненужное, выжившие лётчики уходили в повторные вылеты, а битва в небесах, несмотря на действия командования с обоих сторон, приобретала черты кровавого хаоса. Перехваты около аэродромов, взлёт и посадка под огнём, хлещущие огненные струи зенитных средств…

До вечера первого дня как немцы, так и наши продолжали прилагать все усилия, стремясь выполнить свои поставленные ранее задачи. Одни – под прикрытием своих истребителей (а кое-где и без них) прорваться к целям – аэродромам и известным местам дислокации соединений РККА. Другие – перехватить и сбить максимальное число атакующих.

Главным успехом авиационного сражения было то, что немцев встретили в воздухе.