Авоська с Алмазным фондом

В назначенный день, когда все актеры пошли одеваться, Майя вдруг упала в обморок. Девочку унесли в медпункт, померили температуру: сорок. Представление оказалось под угрозой срыва. И тут к режиссеру явилась Вилкина с предложением:

– Я могу исполнить роль Герды вместо Майи.

Андрей Данилович сначала руками замахал:

– Уходи, слышать глупости не желаю!

Но Ира ему одну из сцен показала, руководитель театра впечатлился и выпустил ее к зрителю.

Играла девочка потрясающе, сорвала бурные овации, Андрей Данилович после причитал:

– Как я не разглядел бриллиант? Ирина просилась в труппу, но я в ней огня не заметил. Вот дурак! Полный идиот! Вилкиной необходимо учиться актерскому мастерству. Жаль, что она весной нас покидает, я подготовил бы ее…

Не удержавшись, я прервал плавный рассказ попутчицы:

– Интересная деталь.

Мария Алексеевна подсунула под спину подушку и продолжила повествование.

…После экзаменов на аттестат зрелости Ирине и Ольге дали по однокомнатной квартире в Игнатьеве, у Майи имелась жилплощадь, оставшаяся от родителей. Нечаева сразу укатила в столицу, поступила в вуз, стала сниматься в сериалах, она часто мелькает на экране, и Белкина искренне рада за бывшую воспитанницу. Майечку и Светлову в последний раз она видела на выпускном вечере и понятия не имеет, когда девушки уехали – ни та ни другая, купив билет до Москвы, проститься не зашли. Ирина тоже более в детдоме не появлялась. Но вот с ней Мария Алексеевна через короткое время столкнулась. И, как Белкиной показалось, та совсем не обрадовалась.

Белкина поехала осенью за грибами в Курчалово, где лучшие боровики, побродила пару часов по лесу. Начался дождь, пришлось спешить на остановку, она как раз успела на автобус. Водитель двери закрыл, и тут Мария Алексеевна заметила: по обочине бежит девушка в куртке. Она крикнула шоферу:

– Не уезжайте, пожалуйста, возьмите еще одну пассажирку!

В салон запрыгнула Ирина, держа в руке небольшую сумочку. Стоит, глазами ищет, где сесть можно. Белкина ей помахала:

– Иди сюда, место свободное рядом.

Ира подошла. Со своей неизменной улыбочкой на лице.

– Ой, здрассти, Мария Алексеевна!

Но педагог, отлично знавшая Вилкину, смекнула: недовольна бывшая воспитанница встречей. Потом заметила, что у девушки кроссовки перепачканы красной глиной, и простодушно спросила:

– На кладбище ходила? К папе с мамой? Молодец, не забываешь родню.

Вилкина вдруг побледнела, потеряла на секунду свою вечную улыбку и возразила:

– Нет. С чего вы взяли? За грибами подалась, но ливень начался, вот ничего и не собрала.

Слушала ее ложь Белкина и удивлялась.