Фокус

— Нет, я просто принесла кактусы для твоего аквариума. — Показываю ей пакет — и девочка уверенно топает, чтобы забрать «подарок». Заодно косится и на второй, заметно больше, из которого торчит желтое в белый горох совиное ухо. — Это тоже тебе. Если понравится.

Сова берет оба пакета и топает в комнату, так ни разу мне и не улыбнувшись. Только когда дверь за ней закрывается, я выдыхаю. И делаю это слишком громко, потому что тут же спотыкаюсь об ироничный смешок Андрея. Над повязкой карие глаза кажутся двумя щелочками, в которых насмешки ровно столько же, сколько и удивления.

— То есть ты просто принесла кактусы? — Он скрещивает руки на груди и…

В общем, я просто опираюсь спиной на стену, потому что вид татуированных практически без просветов рук приводит меня в трепет, восторг и в состояние бесконтрольного возбуждения, которое подает сигналы в часть мозга, отвечающую за температуру моего тела. Фигурально, конечно же. Потому что прямо сейчас мой личный градус стремится к верхней планке, после которой остается только потребность поскорее стащить с себя всю одежду.

А в соседней комнате ребенок, Йори. И ветрянка не дремлет.

— Могу что-нибудь приготовить, — невнятно бормочу я, поздно понимая, что мое предложение будет звучать глупо, потому что я видела, что и как готовит Андрей, и большой вопрос, кто кому должен проводить мастер-классы. — Ну или помочь навести порядок в доме.

— Мы же не свиньи, Йо, — как будто обижается он, но успевает засмеяться до того, как у меня начинается паника.

Впервые за четыре года я в гостях у мужчины. Меня с легкостью вышибает из колеи даже вид его обуви на стойке. Что уж говорить о руках, пупке, «дьявольской дорожке» и резинке от трусов. И не очень похоже, чтобы этот мужчина собирался стесняться своего вида. Ему определенно нравится меня смущать.

Но он все-таки находит пять минут в своих попытках довести меня до кипения, чтобы помочь снять пальто и провести экскурсию по квартире. Удивительно, насколько везде порядок, как будто здесь и нет парочки больных. В гостиной мое внимание сразу привлекают книжные полки с кучей разноцветных корешков. Многие фамилии мне знакомы, многих авторов я сама очень люблю, многие — это суровое мужское чтиво про зону, сталкеров и выживальщиков в подземках с монстрами.

Я морщу нос, постукивая пальцем по черному глянцевому торцу с изображение страшной окровавленной пасти, и вздрагиваю, когда Андрей становится так близко, что укладывает голову мне на плечо. Хочется поддаться соблазну, чуть-чуть повернуться и потереться щекой о его колючки, но это именно то, что я мысленно называю «красная зона»: область, где не стоит надеяться на тормоза.