Фокус

Закрываю шкаф и на всякий случай опираюсь на дверцу спиной. А то вдруг передумаю.

Глава двадцать четвертая: Андрей

Наверное, первый раз за две недели я нормально сплю. Не ворочаюсь в постели, чувствуя себя Джордано Бруно на костре святой инквизиции, не хочу «почесать» себя теркой для овощей.

В общем, просто тупо сплю: без снов, с пустой башкой и, не думая о том, что Соня, которой уже стало намного лучше, прискачет ко мне в шесть утра. Как мало, оказывается, нужно для ощущения счастья. Просто тупо хорошо выспаться.

— Эй, спящий красавец, тебе нужно поесть. — Мать трясет меня за плечо и, зная мои повадки, тут же стягивает одеяло с моих плеч, мешая укрыться с головой. — Андрей, ты вторые сутки ничего не ешь, так нельзя.

— Я могу проглотить пару кусков сырого мяса, — ворчу в ответ, накрывая голову подушкой. — Все равно сварится внутри.

— Вставай, — безапелляционно говорит эта бессердечная женщина — и я нехотя открываю глаза.

Сначала думаю, что ослеп, потому что перед глазами какое-то красно-розовое размытое пятно, но, проморгавшись, различаю сердце, криво нарисованное на альбомном листе и закрашенное местами почти до дыр, а местами с проплешинами.

— Я тебя люблю, папочка, — щебечет Сова и крепко обнимает меня за шею.

Что?

— День влюбленных, — подсказывает мать.

Я целую Соню в кончик носа и бережно кладу рисунок на соседнюю подушку.

— Колючий, — морщит нос Сова и тут же, как тушканчик, скачет вслед за матерью, а я со вздохом снова заваливаюсь на кровать.

Закрою глаза и полежу еще ровно минуту.

Интересно, что она сейчас делает? Тоже принимает в подарок дурацких плюшевых медвежат или криво сшитые сердечки с синтетическим наполнителем? Не люблю этот праздник, потому что само слово «любовь» обесценилось до дешевых игрушек из перехода, которые некоторые «молодцы» покупают десятками, чтобы раздаривать всем девушкам, которых хотят затащить в койку. Есть у меня такой приятель: считает, что на День Валентина дают даже неудачникам, а если он расстарался на цветок с красной ленточкой и поющего херню медвежонка — вариант практически беспроигрышный.

«Не люблю этот день», — сказал я несколько недель назад, когда обсуждение пришлось в тему.

«А я люблю, но без цветов и игрушек. Просто это хороший повод сказать людям, как много они значат, и какой скучной, серой и невыносимой была бы жизнь без них. Сказать родителям, что мне важна их любовь, сказать друзьям, что их поддержка, порой, помогает восстать из пепла. Сказать любимому человеку: Я тебя люблю».

Наверное, в ее жизни как раз появился один такой, раз в наших разговорах резко отпала необходимость.

И не буду я себе врать, что мне все равно. Нет, не все равно, потому что я правда хотел с ней увидеться.