Флирт в Севильи

— Я просмотрю ваши данные, — согласился Дронго, — но будет лучше, если мы прямо сейчас поедем ко мне домой. По автобиографическим сведениям трудно понять психологию человека, мотивы его поступков. А вы знаете всех, кто поедет в Севилью. Кроме того, вы бывший следователь, бывший сотрудник органов государственной безопасности, человек достаточно опытный, наблюдательный. И, значит, ваши характеристики гораздо важнее любых автобиографических данных.

Зитманис широко улыбнулся.

— Будем считать, что я согласился. Когда мы отправимся?

— Немедленно. Но прежде у меня к вам один вопрос. Из подозреваемых вы исключили Балодиса и девушек. Значит, в качестве охранника поедет именно Ионас Балодис?

— Я полагал, что он поедет в Севилью в качестве вашего помощника. Что вас смущает?

— Ничего. Но я бы хотел, чтобы вы его отпустили на сегодняшний вечер и поехали ко мне с Эдгаром Вейдеманисом.

— Вам не понравился Ионас? — изумился Зитманис. — Но почему? Я доверяю ему безусловно.

— Он был на собрании группы, когда вы говорили о поездке в Севилью? — уточнил Дронго.

— Был, — нехотя выдавил Зитманис. — И на этом основании… неужели вы станете подозревать и его?

— Обязательно стану. Моя многолетняя практика свидетельствует, что преступления чаще всего совершают те, на кого меньше всего падает подозрение. «Предают только свои», так, кажется, говорят французы.

— Хорошо, — неохотно согласился Зитманис, — он не поедет с нами. Будем считать, что вы меня убедили. Если хотите, вместо него я отправлю другого охранника.

— Это было бы слишком радикальным решением, — улыбнулся Дронго.

Они сделали все так, как предложил Дронго. Отправили Балодиса обратно в отель и лишь затем вызвали машину.

Сидя в кабинете Дронго, Зитманис с любопытством осматривался. Увидев огромное количество книг на разных языках, признался:

— Я думал, такие библиотеки имеют только ученые.

— Не только, — невозмутимо ответил Вейдеманис. — Дронго собирает свою библиотеку всю жизнь. Чтение — его любимое занятие. Когда человек долго живет один, он поневоле становится немного философом.

— Он сумеет мне помочь? — спросил Зитманис.

— Если кто-то и сумеет, то это Дронго, — ответил Вейдеманис. — Раз он решил продолжить разговор, значит, считает, что это дело может оказаться достаточно интересным.

Переодевшись, Дронго вышел к гостям. Он уселся в свое любимое кресло и приготовился слушать своего гостя.

— Давайте начнем с самого начала, — предложил Дронго, — расскажите обо всем, что случилось с группой, которую вы должны были послать на съемки в Бильбао. Если можно — с того момента, когда произошло нападение.

— Хорошо, — Зитманис чуть задумался.