Флеш Рояль

Если Горец всегда источал вокруг флюиды агрессии, то Тимура она привыкла воспринимать, как милого парня из соседнего дома.

Теперь Динка поняла, как ошибалась. Все правильно, правой рукой Горца милые парни из соседнего дома не становятся. В его раздутых ноздрях, взгляде исподлобья сквозило что-то звериное, и Динка вдруг испугалась за Александра. Еще убьют его эти два бешеных придурка.

Зато Александр вел себя совершенно спокойно. Вадим рядом чуть напрягся, его рука скользнула к борту летнего светлого пиджака. Там оружие, точно. Никак он телохранитель, а не приятель. А Динка еще удивлялась, зачем в такую жару нужен пиджак, пусть и летний.

Тимур заметил движение и плавно переместился за спину Вадима. Александр подался вперед и заговорщицки спросил у Динки, кивком головы указывая назад:

– Что, автомат под сидением возит?

– Не знаю. Я не езжу в его машине, – холодно ответила Динка и увидела, как закаменело лицо Домина.

Было неприятно, что Александр понял причину такого настроения у себя за спиной. Она не принадлежит ни одному из этих двоих, она совершенно свободна, и это ее право общаться с понравившимся мужчиной.

Александр снова развернулся и сказал недовольным голосом, ни к кому не обращаясь.

– Сохраняйте спокойствие, господа. Послушайте хорошую музыку, «Лунную сонату», например.

Динка замерла.

«Лунная соната». Бетховен. Игорь Константинович Чайковский, столичный авторитет, на которого работали Максим и Тимур А Александр, стало быть, знакомый того самого Бетховена. Забавная картина вырисовывалась. Вадим тоже развернулся к тем двоим и развел руками:"

"– Свои, – и добавил, немного свысока, покачав головой: – Пацанва…

– Девушки должны отдохнуть и поесть, – упрямо продолжил Домин, но уже заметно сбавив обороты.

– Тогда мы поужинаем с ней в баре, – встал Александр.

– Я не голодна, – мотнула головой Динка, у нее от страха пересохло во рту, она уже была уверена, что миром дело не кончится. Рассиживаться в баре с Александром на глазах у Горца с Тимуром, пардон, Тамерланом, точно не лучший вариант развития событий. – Я только кофе выпью, если можно. И воды, – добавила, глядя на Алексея.

Чихать она хотела на эти бандитские расклады, ее начальник – Лешка. И тот, поняв посыл, с благодарностью кивнул.

– Тогда несите нам сок, кофе и бутерброды, – Александр вернулся за стол и подмигнул Динке. – Не могу оторваться от тебя, душа моя.

Динка слабо улыбнулась в ответ. То, что мужчина оказался очередным криминальным авторитетом вовсе ее не радовало. Хотя местным до него было, конечно же, как до Луны, и Динка подозревала, что столичным тоже.

А может, он все-таки не авторитет? Про Бетховена Динка тоже слышала, что он в миру всего лишь бизнесмен, правда, самых высших эшелонов.