Флеш Рояль

Такой поворот сюжета ей не мог привидеться даже в безумном кошмаре.

– Будешь, – Макс качнул головой и уперся руками в колени, – пей, Дина. У меня сегодня друга убили. Пей.

Она схватила бокал и поднесла к губам, но пить не стала. Домин замолчал, глядя на огонь через призму невыпитого виски. Динка тоже молчала.

Она не знала о чем говорить, тем более, если это тот самый армейский друг, о котором Домин пару раз упоминал. Он и вывел Макса тогда на столичных альтруистов, которые помогли ему расправиться с убийцей своей семьи.

– Немец? – осторожно уточнила она, Максим кивнул.

Немец, Горец – как собачьи клички, будто им человеческих имен недостаточно.

– Я… Мне так жаль, Максим, – прошептала Динка.

Ей очень хотелось прикоснуться к нему, но она боялась даже пошевелиться, настолько пугал ее сейчас Домин. Таким далеким и чужим он казался.

– Жаль? – в его голосе ощутимо зазвучал металл.

Максим вдруг поднялся достаточно резво для двух с лишним бутылок виски, подошел и навис над ней. Захватив ладонью ее лицо, при этом больно сжав подбородок. Его мутный блуждающий взгляд споткнулся об нее, а затем он словно резкость навел.

– Красивая. Она такая же была, тоже студентка, как ты. И такая же правильная. Поверила, что он тренер по борьбе, пацанов в зале тренирует. Он влюбился в нее, дурак, как и я, надышаться не мог, жениться собрался. А она сдала его. Ментам. За деньги. Только это не менты были, их обоих сегодня расстреляли в его джипе.

Максим дышал тяжело и прерывисто, сверлил ее глазами, и Динке стало совсем страшно. Она представить не могла, что он может так смотреть. Злой, колючий, насквозь прожигающий взгляд.

– Что смотришь? – он продолжал сдавливать ее подбородок и всматривался в нее, а затем почти прошептал. Но для Динки это прозвучало как грозный рык. – Думаешь, ты другая? Нет, ты такая же, как эта его девка. Все вы одинаковые.

– Зачем я тогда сдалась тебе, Макс? – не сдержалась Динка. И хотя внутри все умоляло: ""Молчи, молчи, он же ничего не соображает», – внутреннее упрямство взяло верх над разумом. – Тебе мало было твоих проституток?"

"– А ты думаешь, чем-то от них отличаешься? – он дернул ее на себя. Несмотря на то, что Домин с трудом держался на ногах, силы в его руках не убавилось. – Ошибаешься, милая моя. Ты такая как все. Они продаются, и ты тоже продаешься. Купить можно всех, вопрос цены. Как раз ты обошлась мне не очень дорого.

Его улыбка была больше похожа на оскал. Динке так и казалось, что он сейчас вопьется ей в шею клыками.

Она попыталась отстраниться, но Макс схватил ее обеими ладонями за шею и слегка сдавил. Прекрасно, он сейчас вовсе ее задушит в своем алкогольном бреду. Но душить не стал, а лишь снова потянул Динку на себя.