Флеш Рояль

Дина на всякий случай порылась в сумке, хоть заранее знала, что денег там нет – все было аккуратно сложено в кошелек. Внезапно пальцы нащупали знакомую связку ключей.

Тимур сказал, что в доме Максима уже безопасно. Если она переночует там всего одну ночь, ничего не произойдет. К тому же, в доме могут быть хоть какие-то деньги. Конечно, не те пачки, перетянутые резинками, ей столько и не нужно.

В любом случае, днем уже будет проще, а вечером – в смену, и деньги у нее точно появятся. Его дом рядом, только пройти через аллею. Динка закрыла сумку и нырнула в вертикально стоящую толщу воды.

Она была мокрая насквозь, и босоножки по-хорошему лучше было бы снять. Но остановиться – лишь промокнуть еще сильнее. Хотя куда сильнее, осталось разве что раствориться в этом ливне.

Казалось, небеса решили опрокинуть на город всю имеющуюся в запасе воду. Динка свернула в знакомый переулок и подбежала к дому. Ключ от калитки самый большой, открыть получилось со второй попытки. Она вошла во двор и с удивлением уставилась на неярко освещенное окно.

Макс дома? Он вернулся, он наверняка звонит ей и не знает, где она! Динка бросилась к двери и замолотила со всех сил. Максим открыл дверь, с минуту всматривался в нее, словно пытался что-то вспомнить, а затем, схватив за руку, молча втащил в дом.

Она сбивчиво заговорила было об украденном кошельке. Но тут ее настиг муторный запах спиртного, густой и стойкий. И когда Домин закрыл дверь и повернулся к ней, весьма красноречиво пошатываясь, она поняла, что он сильно, нет, просто вусмерть пьян.

Да он вообще еле на ногах держится.

Максим продолжал вглядываться в нее, словно не узнавал. Затем коротко бросил: «Сними это!» – наверняка имея в виду платье, с которого на пол текли струи воды. Впрочем, как и с волос.

Повернулся и скрылся в гостиной. Там, несмотря на теплый летний вечер, горел камин. Динка сняла мокрые босоножки и сбежала в ванную.

Когда она вернулась в гостиную, Домин сидел в кресле с бокалом янтарной жидкости. Начатая бутылка виски стояла тут же на полу, рядом валялись еще две. Пустые. Как он еще жив? Увидев Динку, он указал ей на кресло напротив.

Кутаясь в знакомый халат, она подошла к камину и повесила рядом платье, чтобы быстрее просохло. Белье Дина просто отжала и надела снова. Было неуютно, но она лишь поплотнее запахнула халат и села в предложенное кресло.

– Пить будешь? – спросил он и, не дождавшись ответа, налил виски в другой бокал, щедро плеснув мимо.

– Нет, не буду, – голос дрожал, слова давались с трудом.

Сколько раз она мысленно рисовала себе эту встречу, которая после долгих и затяжных поцелуев неизменно заканчивалась одним. Он подхватывал ее на руки и нес наверх в свою спальню, где, к слову, она еще не была.