Физрук

— Как-то он бездарно это делает… Не знает уже к чему прикопаться… То эта бессмысленная возня вокруг кубков, купленных в спорттоварах, то экспертизы затеял, чтобы доказать, что я не тот, за кого себя выдаю, то пытался уличить меня в получении нетрудовых доходов… А потом и вовсе хотел то ли искалечить, то ли вовсе уконтрапупить…

— Это от того, что Эдвин никак не может тебя ухватить, — сказал лжетрудовик. — Твои поступки не слишком предсказуемым. Нас они тоже изрядно сбивали с толку… Взять хотя бы последние твои подвиги… Столковался с химичкой, пометившей шины служебного автомобиля своего благоверного радиоизотопами, которые привели вас с ней к «Литейщику», а затем и вовсе потащил в ресторан подручную Эдвина… Хорошо хоть, что дело не дошло до постели…

— Так это ваш человек предупредил меня насчет «королевы постельных клопов»?

— Да, пришлось на это пойти…

— Почему же ты теперь решил мне все это сообщить?

— Ты затеял такой ералаш, настолько сбил наших противников с толку, что из потенциально полезного им человека превратился — в опасного. Оставлять тебя в неведении, значит, подвергать нешуточному риску.

— Думаешь, меня могут попытаться убрать?

— Вполне…

— И что? Вы дадите мне парабеллум?

— Понадобится — дадим. А так, постараемся прикрыть, но и ты будь осторожен.

— Ладно, понял, — буркнул я. — Хотя ходить с оглядкой я не привык.

— Я в тебя верю, — сказал Курбатов.

— Благодарю за доверие, товарищ… Простите, не знаю вашего звания…

— Пока — просто Виктор Сергеевич Курбатов… — ответил он и добавил с усмешкой: — Витек…

— Тогда я пошел… — сказал я, поднимаясь. — Благодарю за чай! Витек…

— Будь внимателен.

Я покинул его квартиру и поспешил на свидание с Лилей. Лжетрудовику не удалось нагнать на меня страха. Я не собирался ходить по городу с оглядкой и вздрагивать от каждого шороха. Пусть Рогоносец и его дружки, кем бы они ни были, шарахаются. До назначенного времени осталось совсем немного. Пришлось ловить такси. И когда я выходил из него возле кафе «Мороженое», Лилия Игнатьевна уже ждала меня у входа. На этот раз на ней были не хромовые сапожки, шинелька и серая казенная шапка, а модная итальянская обувка, цигейковая шубка и меховая шапка. Я заметил, что этот цивильный наряд очень ей идет.

— Прости, Лиля, немного задержался.

— Ничего, — отмахнулась она. — Я тоже только что подъехала.

Мы зашли в кафе, где, несмотря на название, было тепло. Нашли свободный столик, его как раз покинула стайка старшеклассниц. Я помог девушке снять шубку, повесил ее на крючок вешалки, а рядом пристроил свою дубленку. Подошла официантка, положила нам на столик меню, но Лиля сразу попросила принести два кофе-гляссе и по три шарика сливочного мороженого с шоколадной крошкой и вареньем. Я не возражал.