Физрук

Сдавать комнату я пока не спешил. Потяну, насколько это возможно.

Ведь мало ли что⁈ Вдруг капитан Киреев вцепится в меня, как Тузик — в грелку, и будет трепать до тех пор, пока мои покровители не испугаются и не отнимут у меня квартирку, чтобы их не затянуло вместе со мною в водоворот уголовного дела. Самое смешное, что меня это совершенно не пугало. Илга была со мною, а на остальное наплевать.

Откровенно говоря, впервые с моего подселения в тело Санька, я чувствовал, что возвращаюсь домой. И вовсе не потому, что теперь мне не нужно было делить сортир, душ и кухню еще с целой оравой мужиков. Нет, дом у мужчины появляется только тогда, когда там его ждет женщина. А без нее — любые самые роскошные апартаменты лишь ночлежка. Я отворил калитку в воротах своим ключом и бегом бросился к двери тринадцатой квартиры, мне вдруг стало немного не по себе. А что, если она опять удрала⁈

Нет! Я позвонил — запасных ключей от квартиры у меня все равно не было — и мне открыли! Она, моя любимая… Прежде я ее так не называл, даже мысленно. Поставив сумку со своими шмотками на пол, я почувствовал, что в квартире даже воздух стал другим. И не только потому, что пахло едой. Каким-то волшебным образом Илге удалось изгнать из нее ароматы запустения и присутствия чужих людей. Я немедля поцеловал свою чародейку, снял куртку и стал разуваться. Жена тут же вручила мне тапочки. Все предусмотрела!

А я так и не обзавелся в общаге домашней обувкой. Даже в душ ходил в кроссах. Ну и правильно, не шастать же мне по квартире в уличной обуви. Запахи из кухни тянули, как магнит. И я первым делом заглянул именно туда. И обомлел! Теперь, кроме плиты, в ней был стол, пара табуреток и… Холодильник! Маленький, правда, но все же… Брат-близнец того «Морозко», что стоит в моей комнате, в общежитии… Я заглянул в спальню. И даже почти не удивился, обнаружив в ней двуспальный пружинный матрас, лежащий на полу. И не просто лежащий, а застеленный, с — двумя подушками и одеялом."

"В ванной нашлись и полотенце, и умывальные принадлежности, а в туалете — о, чудо! — рулон туалетной бумаги. Дефицит из дефицитов. Я уже отчаялся ее найти в здешних магазинах и пользовался газетками, как и большинство советских граждан. Моя европейская жена и устраивалась по-европейски. Я притащил в спальню свою сумку, вытащил из нее свежее белье и домашнюю одежду. Отправился в ванную, с наслаждением вымылся с головы до ног.

Осмотрел в зеркале — избежавшем конфискации — свою физию и понял, что побриться бы не мешало. Обычно я делал это утром, перед тем, как бежать на работу, но женатый человек должен бриться перед сном, дабы не оцарапать нежной кожи супруги. Пушок на щеках Шурика, по жесткости был еще далек от щетины, но все-таки не стоит пренебрегать этим мудрым правилом.