Фиктивная жена миллиардера (СИ)

Я говорил, что никуда тебя не отпущу. — Его властный голос молотом лупил по моей решимости, мощная хватка прожигала руку до кости.

— Что. Силой затащишь в дом? Посадишь под замок? Накормишь угрозами? — Обида за все его мерзкие поступки придала мне сил, и я смогла поднять голову, посмотреть ему в глаза. — Отправишь в психбольницу?

Яркое солнце било ему прямо в лицо. Но глаза его были широко распахнуты, будто он в неописуемом шоке. Нельзя смотреть на него, нельзя касаться, нельзя чувствовать его запах — это слишком губительно для меня.

Его рука дрогнула, как от тика. Он опустил голову, посмотрел на свои пальцы и разжал их, явно с трудом. На моей коже остались пылающие красные отметины.

Пока на меня не набросился непрошеный порыв обнять его на прощание, поцеловать, я начала пятиться. Босоножки погрязли в мокрый песок, щиколотки омыла ласковая волна, приводя меня в чувство. Я крепче стиснула чемодан и кинулась бежать к причалу.

Песок под ногами разлетался в стороны и рассыпалось на мелкие осколки мое сердце. Оно смешается с чудесным белым песком, будет греться под теплым солнцем — останется здесь, на острове, навсегда в нашей сказке.

Без нее пусто. Мертвенно пусто. Дом, который я когда -то с радостью купил, в который я каждый раз с удовольствием возвращался, теперь умер. Прислуга, точно призраки, сновала туда-сюда. Немые стены закрывали в душную клетку. Престижная мебель, техника, картины известных художников, интерьер от лучшего дизайнера — все истлело.

Ее метровый цветок в горшке сиял для меня ярче новогодней елки. Я несколько раз собирался его вышвырнуть. Рука так и не поднялась.

— Хорошо присматривай за ним! Если хоть один листик завянет — уволю. Ясно?

Домработница покорно закивала, сжавшись от моего резкого голоса. По-другому говорить я не мог. Срывался на всех. Ничего, за терпение я им хорошо плачу.

Я зачерствел, ожесточился за все годы в бизнесе и инвестициях. Моя жизнь — борьба. Каждый день новый бой. Внутри неиссякаемый источник энергии, от трудностей я лишь больше загорался. Чем сложнее — тем сильнее я бью. Чем опаснее — тем мощнее азарт.

Вечная гонка за деньгами превратила меня в разъяренное животное. Я действительно на отдыхе старался угомонить этот вечный голод наживы, утоляя иной голод — не выпуская из рук Элизабет ни днем, ни ночью.

Я пытался быть заботливым. Пытался говорить что-то приятное. Отвез на свой остров, куда еще ни разу не возил никого.

Какой к черту смысл иметь миллиарды, если они не могут помочь мне получить желанную девушку? Когда -то я наговорил много мерзости ей, будто она ничего не стоит, теперь она поставила за себя такую цену, что я ощутил себя без гроша в кармане, что мои деньги — просто грязные бумажки.