Февральская сирень

Максим их больше всего любит. Но магазин сегодня закрыт, так что яблок взять негде. Придется плюшки напечь, не выкидывать же тесто».

Поставив в русскую печь первые два поддона с пирогами, она обратила внимание на беспокойно крутящегося по кухне Цезаря.

— Собака, ты что? На улицу хочешь? — Пес скулил перед закрытой дверью, выразительно скреб порог лапой и всячески давал понять, что ему срочно требуется выйти наружу. — Ладно, погоди, сейчас куртку накину и выйдем. Макс, — позвала она, — Цезарь просится гулять, может, ты сходишь?"

"— Мам, сейчас, только книжку дочитаю, как раз до самого интересного дошел, — послышалось сверху, и, вздохнув, Лелька сунула ноги в стоящие у порога валенки, не глядя запустила руки в рукава своего ярко-красного пуховика и шагнула на крыльцо.

Промелькнувший мимо нее Цезарь пулей слетел с крыльца и помчался к забору. Понимающе усмехнувшись, прихватило парня, бывает, она неторопливо спустилась со ступенек, приложив руку ко лбу, чтобы защитить глаза от яркого солнца, посмотрела вслед убежавшей собаке и охнула. У забора стоял Воронов, вокруг которого скакал обезумевший от счастья Цезарь.

Увидев Лельку, Дмитрий на мгновение замер и быстрыми шагами пошел, почти побежал ей навстречу.

— Леля… — Он замолчал, не в силах подобрать нужные слова. — Я пришел тебя поздравить.

Острая волна счастья поднялась откуда-то от пяток, обдав жаром сердце, заставив задышать полной грудью, затопив голову и пролившись нежданными слезами.

— Митя, — прошептала Лелька сквозь эти слезы, — я так тебя ждала!

— Я тебе подарок принес. — Он неловко протянул ей свой пакет. — Мне показалось, что он будет очень кстати.

Она протянула руки, но не к пакету, а к нему. Как зачарованная, провела пальцами по шершавой куртке, поднялась к небритой, отливающей синевой щеке, пробежалась по бровям, легко коснулась губ и припала к ним в долгом освобождающем поцелуе.

Глухо вскрикнув, Воронов подхватил ее на руки и рванулся навстречу ее губам, по которым истосковался за последние три недели и с которых пил теперь опьяняющую живую прохладу.

Позабытый пакет выпал из его руки, и, приземлившись на снег, порвался. Крупные красные яблоки высыпались, раскатились по снегу, поймав своими глянцевыми боками первых в этом году солнечных зайчиков. Одно яблоко откатилось прямо к лапам Цезаря, который сразу лег и весело захрустел своей добычей.

— Яблоки, — прошептала Лелька, оторвавшись от Митиных губ. — Яблоки на снегу. Я никогда не знала, что это так красиво. Даже собирать жалко, хотя надо. Мне как раз на яблочный пирог не хватало. Ты волшебник, ты знаешь об этом? Хотя, — в ее голос вернулась привычная насмешливость, — если бы сейчас была осень, я бы предположила, что ты ограбил чей-то сад. Тут на десять пирогов хватит.