Феодал

В воздух снова поднялся рой стрел, и три из них угодили в Мефодия. Кожаная броня спасла туловище, но вот руки…

Опять правая. Я засыпал в рот горсточку стяженя и быстро пришёл в себя. Помочь здоровяку, что стоял на небольшой полянке, не представлялось возможным, но вот отвлечь внимание — это, пожалуйста.

Я перешёл на бег, периодически оглядываясь на Мефодия. Тот снова принял в себя три стрелы. Одна пробила шею, две других попали в незащищённые ноги. Он схватился за древко, пытаясь обломать его, чтобы не мешалось, но уже захлëбывался кровью.

Убийцы давно расправились со своими глиптами и потому воодушевлённо ринулись в атаку, чтобы добить врага. Один даже бросил копьё, что пробило насквозь защиту и угодило богатырю в живот. Здоровяк пошатнулся.

— Мага, мага убили! Сзади! — заорал испуганный голос, но тут же оборвался — Нобу сумел подкрасться для решительной атаки, а после взял на себя сразу трёх лучников, те в панике обнажили свои короткие клинки.

«Отлично!», — я свернул к копейщикам во фланг и на какой-то безумной удаче не получил моментальный отпор — все взгляды были прикованы к встававшему несмотря ни на что раненому богатырю.

Мой меч пробил броню ближайшего разбойника и отсёк сразу половину тела. Я чувствовал злость к этим уродам, что посмели навредить моим людям.

Второй попытался укрыться копьём, но был разрублен наискось. Жажда крови застила мне глаза, потому я не давал себе отчёта. Однако на этом подвиги закончились — копьё сбило меня с ног, а другие едва не успели нашинковать меня металлом. Спас ринувшийся в атаку Иней. Виверн вырвался как чëрт из табакерки, взбежал по копью удивлëнного разбойника и откусил тому кончик носа.

Ошеломлëнный больше неожиданностью, чем нанесëнным уроном, воин задëргался, расталкивая строй товарищей. Виверн воспользовался суматохой и спрыгнул на землю. Лавируя между ногами врагов, он шустро смылся в кусты и дальше на дерево. Это всë подарило мне несколько секунд драгоценного времени.

Перекатившись, я вскочил на ноги и обнаружил перед собой ряд выпяченных вперёд копий. Шеренга, как воинственный ёж двинулась в мою сторону.

Одна отрада — в тылу хозяйничал Нобуёси, и я был уверен, что оттуда ничего не прилетит. Моими силами прорваться через такой строй врагов практически нереально. Дисциплина делала из посредственных воинов вполне себе боеспособную единицу. Восемь копейщиков превратят меня в дуршлаг за считаные минуты. Я пятился, соображая, что же делать.

Убийцы утратили интерес к Мефодию, видимо, решив, что тот и так скончается от потери крови. Я отмахивался мечом в надежде хотя бы срубить пару наконечников, но колющие удары следовали один за другим.

Куликову срочно требовался целебный стяжень, но подонки встали между нами, не давая прорваться.