Феодал

Мефодию в этом плане не очень повезло — ни одно дерево не могло спрятать его массивный торс. Первая стрела поразила именно его — ранила правое предплечье. Здоровяк прорычал, обломил вылезший из мышцы наконечник и выдернул древко. Маг тоже не отставал и продолжал сыпать на нас «гостинцы». Один такой, если попадёт — все рёбра переломает.

— Глипты впереди! — ахнул Кошевой, притормаживая и прячась за дерево. — Командир, что делать будем?

Вот это уже нездоровая ситуация. Я сощурился, смеря даром ближайшего врага-человека.

Остальные тоже в пределах «D-C» рангов. Маг не показывался, но, судя по заклинаниям, там максимум «С». Основываясь на этой информации, я скомандовал.

— Вперёд! Становимся между глиптами и врагом!

Сказать проще, чем сделать. В этот раз монстров было четыре и все трёхметровые. Мы оббежали группу с левого фланга. На нас сразу же отреагировали, но тут из леса показались ещё люди. Глипты не понимали, на кого лучше нападать. В конце концов, за нами побежало двое и двое напало на разбойников.

Мефодий взялся другим хватом, чтобы рабочей рукой стала левая, на траву капала кровь. Он принял удар массивного кулака на лопасть секиры и отступил на один шаг. Второй глипт попытался было помочь своему напарнику, но я пресёк этот порыв. Меч Аластора отрезал ему руку. Пока тот удивлённо смотрел на упавшую конечность, я закончил дело отсечением головы.

Ермолай и Митька «кусали» топорами с боков во время клинча между Мефодием и глиптом.

— Раздавлю! — зарычал богатырь и как бык попёр вперёд, толкая врага.

Это помогло мне закончить начатое — вторая голова также полетела в траву. Не успели мы порадоваться, как нас всех раскидало в стороны от взрыва.

У меня зазвенело в ушах, перед глазами картинка двоилась, чуть поодаль кряхтел Кочевой, к нему, покачиваясь, брёл Ермолай. Живучий лесоруб подхватил раненого друга и волоком оттащил за ближайшее дерево. Стрелы втыкались тут и там. Я ощутил, как Иней настойчиво лижет мне лицо и издаëт пищащие звуки. Выжил, слава богу.

— Володя! — заорал Мефодий и бросил в мою сторону тушу поверженного глипта.

Та перекувыркнулась, отскочила как мячик, а потом накрыла меня. Я впечатался в землю, придавленный весом двух сотен килограммов, но это уберегло от роя стрел. Труп стал естественной преградой между мной и ими.

Я попытался выбраться, но получалось медленно. Мефодий схватил второго глипта и присел на колено, прячась за ним как за щитом. Это стоило ему подвижности, потому ещё один камень от злосчастного мага разорвал на куски труп и отбросил богатыря на спину.

Я сумел высвободиться, и питомец сразу забрался внутрь подсумка. На противоположной стороне, пригнувшись, крался Ермолай с топором. Кошевой лежал без сознания и не двигался.