Феникс

Виктор невольно залюбовался представшей картиной и, перекатившись для удобства на бок, млея от охватившей его нежности, стал всматриваться в персонажей этого полотна, сотканного самой жизнью.

В этот момент он почувствовал себя фениксом, возродившимся из пепла. Вон у окна те, кто стал его путеводной звездой из мрака, в котором он пребывал долгое время. Именно они вновь внесли в его жизнь смысл и стали его опорой.

— Ой! Ты уж проснулся.

— И давно за нами наблюдаешь?

— Не знаю, — искренне ответил Виктор, вновь расцветая счастливой улыбкой. Он и впрямь потерял счет времени.

— Есть будешь? Я сейчас попрошу Беляну и…

— Голоден и готов быка съесть, но это подождет. — Виктор легко соскочил на пол, или палубу, с этим нужно будет еще разобраться, а затем спешно оделся. — Вот уладим одно дельце, а тогда уж и поедим.

Выйдя на палубу, он тут же оказался под жаркими лучами солнца. В каюте было куда прохладнее: там и тень, и сквознячок гуляет. Здесь же стояла самая натуральная жара, от которой не спасал и ветер. Люди старались располагаться в тени от парусов, на баке растянули тент, под которым также расположились пассажиры. По вантам и реям сноровисто движутся матросы, споро управляясь с оснасткой: видно, корабль готовится к какому-то маневру. Для Виктора это темный лес, но догадаться о чем-то таком можно. Иначе зачем заставлять людей скакать на верхотуре, словно обезьян? Море относительно спокойное, лишь незначительная волна, которую и волнением-то не назовешь. Корабль летит под всеми парусами.

До ноздрей донесся запах навоза, свежего молока и сена. Ну прямо утро в деревне! Большая часть батарейной палубы сейчас отведена под скотину и лошадей. От пушек Виктор отказываться не стал. Можно было их продать, но денег на закупку всего необходимого хватило и без того, еще и осталось, а пушки — это дело такое, никогда не помешают, ведь не в обжитые края собрались. Там все может случиться: от столкновения с аборигенами до нападения беспокойных соседей или пиратов. Против последних аргумент в виде установленных в нужном месте пушек самый весомый.

В планы Виктора теперь вовсе не входило селиться в славенской колонии. Ну их к ляду. Мало ли как там и что, ведь Вяткины так просто обиду не спустят. Сомнительно, что великий князь влезет в эту склоку, но зато родовичам покойного мужа Смеяны, а главное, униженному и оскорбленному Угрюму, куда легче будет добраться до обидчиков на славенской территории. Так что лучше создать новое поселение. С одной стороны, вроде и опаснее, чем сходить на берег там, где уже есть соплеменники, но с другой — от своих же опасности ждать и стоит. Да и Миролюбу такой расклад на руку — вместо одного поселения появятся сразу два.